ДЕПУТАТ, СКАЗАВШИЙ НЕЧТО ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ. ИЗ ФРАКЦИИ
ХРЮН: Здравствуйте,
уважаемые читатели, ужас-то какой!
СТЕПАН: Это ты о чем?
Здравствуйте.
ХРЮН: Да о
Карачаево-Черкесии же!
СТЕПАН: Да уж… В приличной
стране все правительство в отставку бы ушло
после такого!
ХРЮН: Ты что?! Нельзя им в
отставку! Уйдешь, лишишься неприкосновенности, а
потом ищи свой обгорелый труп в какой-нибудь
шахте!
СТЕПАН: Какие ужасы ты
говоришь! Вообще-то я не совсем понимаю: из-за
чего там такие серьезные разборки? Какой-то всего
лишь цементный завод…
ХРЮН: Не скажи! В Черкесии
это — зятеобразующее предприятие! Кроме того,
если у тебя есть цементный завод, а также завод по
производству тазиков и река под боком, тогда ты
вообще самый главный!
СТЕПАН: Но это же
форменный беспредел на государственном уровне!
Странно, что центральная власть молчит по этому
поводу…
ХРЮН: Они тебе что,
маленькие, что ли? Это же только дети, когда
обделаются, крик поднимают. А взрослые в таких
случаях предпочитают помалкивать!
СТЕПАН: Как все-таки
широка и многогранна наша страна! На Кавказе —
свой Ближний Восток, в Карачаево-Черкесии — своя
Латинская Америка…
ХРЮН: А в Москве — своя
Северная Корея! Боюсь я только, что для Москвы
этот черкесский случай — еще один аргумент в
пользу назначения региональных начальников.
СТЕПАН: Тут и в
Подмосковье аналогичный аргумент нашелся. Жил
себе глава Чеховского района, а как только сгорел
в своем «Хаммере» стоимостью в 10 лет зарплаты
чиновника — тут же милиция обнаружила в своих
бумагах, что он лидер ОПГ!
ХРЮН: Вотимано! А был бы он
назначен президентом, ничего такого милиция
никогда бы не обнаружила!
СТЕПАН: Знаешь, возникает
уже ощущение, что нами правит мафия, что во власти
— сплошь бандиты и преступники.
ХРЮН: Так это даже хорошо!
Есть надежда, что они там друг друга все-таки
переколбасят когда-нибудь.
СТЕПАН: Да-а… На этом фоне
разборки с «ЮКОСом» выглядят просто
по-европейски цивилизованно.
ХРЮН: Не то слово! Очень
по-доброму наша власть с «ЮКОСом» обошлась! А
могла бы, как Штаты, ракетами раздолбать их
города и месторождения, войска там всякие
ввести…
СТЕПАН: Я только не
понимаю: почему они отказались дело «Апатита»
прекратить за давностью лет?
ХРЮН: Ха! За давностью лет
Ходорковскому или там Невзлину можно простить
только Распятие. А Лебедев тут вообще пролетает.
СТЕПАН: Но «давность лет»
— это же норма закона, которую обязаны выполнять!
ХРЮН: Ты, Степка, совсем
сбрендил! Давай сейчас все бросим и начнем
Ходорковского по закону судить! Ты представь,
столько усилий — коту под хвост!
СТЕПАН: Да я все понимаю,
но тут-то очевидная вещь!
ХРЮН: Это ты так думаешь. А
я думаю, что следующие пару лет в суде будут идти
ожесточенные споры между защитой и обвинением —
прошло ли 10 лет с 1994 года? И уверяю тебя: у стороны
обвинения найдется масса свидетелей, что не
прошло!
СТЕПАН: Но ведь дело
Холодова за давностью лет прекратили.
ХРЮН: А много бабла на
погибшем журналисте срубишь? Ни акций у него, ни
нефти не было…
СТЕПАН: Скоро и у
Ходорковского акций не будет. Вроде бы он и
другие акционеры уже готовы их продать…
ХРЮН: Молодец Ходор, в
нужном направлении кумекает! Однако этого мало.
Вот когда он будет готов ОТДАТЬ акции, а еще лучше
— приплатить, чтоб взяли…
СТЕПАН: Интересно, чьи, я
извиняюсь, уши торчат за этим делом?
ХРЮН: Да ничьи. Зато торчат
вполне определенные чистые руки и горячее
сердце!
СТЕПАН: Между прочим,
такие руки кое у кого еще сохранились! Слыхал про
депутата Ермолина, которого из «Единой России»
исключили?
ХРЮН: Слыхал. После того
как он сказал исключительную вещь!
СТЕПАН: Что интересно,
Ермолин, по слухам, десять лет у Ходорковского
работал.
ХРЮН: Ешки-матрешки! Я
всегда говорил, что в «Единую Россию» черт знает
кого принимают!
СТЕПАН: Издеваешься? А его,
между прочим, исключили с формулировкой «за
нарушение парламентской этики», из чего
следует…
ХРЮН: Из чего следует, что
парламентская этика нынче — это слушать, что
скажут в Кремле, и не вякать!
СТЕПАН: Между прочим,
Ермолину присылали факс из Кремля, где было
написано, какое свое мнение он должен высказать о
Беслане. А он отказался.
ХРЮН: Нет, ты погляди,
какой смелый! Я бы щас сказал тебе, что я про все
это думаю!
СТЕПАН: А что же мешает?
ХРЮН: Да факс из
администрации президента еще не пришел! Где
написано мое мнение обо всем об этом…
СТЕПАН: Да уж… Ладно, что
это мы все о грустном да о грустном?
ХРЮН: Ага! Давай про
Арафата!
СТЕПАН: Не ерничай!
Человек все-таки умер.
ХРЮН: А какие огромные
деньжищи после него оставались!
СТЕПАН: Вот это странно.
Его вдова такой пенсион себе выхлопотала, на
который можно было бы весь палестинский народ
прокормить… А ведь известно, что главная причина
терроризма — это нищета граждан!
ХРЮН: Не, Степка, главная
причина терроризма — это огромные бабки, которые
он дает вождям нищих граждан!
СТЕПАН: А мне вот странно
— неужели народ всего этого не понимает?
ХРЮН: Народу не до того —
он скорбит. Опять же поминки Арафата — это шанс
для народа хотя бы раз нормально поесть.
СТЕПАН: И все-таки, как ни
крути, с Арафатом уходит целая эпоха… О его
значении говорит хотя бы то, что, когда он еще был
живой, уже был готов сценарий его похорон.
Задерживались, так сказать, только из-за
отсутствия главного участника. Подумать только,
сколько раз о его смерти сообщали!..
ХРЮН: А тут и мы не лыком
шиты! У нас Брежнев вон тоже умер на день позже,
чем жить перестал! Да еще непонятно, сколько он до
этого страной в коме четвертой степени
руководил!
СТЕПАН: Знаешь, у меня
такое ощущение, что и нынешняя наша власть вся в
коме четвертой степени. Вроде ходят, даже
разговаривают, но мозг уже умер. И шланги от всех
тянутся прямо в Кремль…
ХРЮН: Вот это ты мощно
задвинул! Я аж даже не ожидал. Давай тогда
закругляться, пока впечатление не испортили…
СТЕПАН: До новых встреч,
дорогие читатели!
Хрюн МОРЖОВ, Степан
КАПУСТА
15.11.2004
|
