NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

УБИЙСТВО ОСОБОГО НАЗНАЧЕНИЯ
Его даже снимали на видео, но в тюрьму никто не сел
       
Сергей Смирнов       
У Галины Михайловны Смирновой убили сына. 4 марта 2002 года он ушел устраиваться на работу в Череповецкий ОМОН и не вернулся. Не прошел тестирования, вернее, прошел, но не выжил после него. Через три дня, не приходя в сознание, умер в реанимации городской больницы.
       
       
Подробности приема на работу в ОМОН зафиксировала видеокамера одного из бойцов. Он, так сказать, снимал трудовые будни. Для личного пользования. А для личного пользования, это же понятно, снимают что-нибудь дорогое сердцу.
       На видеопленке, представленной позже как основная улика в суде, был запечатлен спарринг-бой, последний этап физического тестирования Сергея Смирнова, с тремя бойцами ОМОНа, которые поочередно выходили на ринг проверить его боевые качества. Били без правил, смертным боем, как оказалось. И из зала кричали, обращаясь к своим: «На ринг выходит убийца первого класса!», «Добей его, добей!».
       В течение 9 минут Сергею нанесли 50 ударов в голову и еще столько же ногами по телу. Итогом тестирования стал следующий документ.
       Выдержка из судебно-медицинской экспертизы трупа Смирнова Сергея Александровича:
       «Ушиб головного мозга тяжелой степени. Обширные участки разможжения мозга на нижних поверхностях височных и лобных долей, выраженный отек головного мозга, размягчение головного мозга, потеря структуры головного мозга в области левого полушария…».
       Знаете, что было дальше? Никто в тюрьму не сел. И это самое страшное, что случилось с родителями Сережи Смирнова и его памятью за эти годы.
       
       Суды
       Дело по факту причинения тяжкого вреда здоровью Сергея Смирнова городской прокуратурой было возбуждено накануне его смерти 7 марта 2002 года, когда реаниматологам было уже понятно, что парень безнадежен. И только спустя три месяца прокуратура предъявила Степану Новоженину, на момент трагедии исполнявшему обязанности командира ОМОНа, обвинение в превышении должностных полномочий, повлекшем за собой смерть.
       18 февраля, за две недели до случившегося, Новоженин утвердил правила приема в отряд, куда входило требование о проведении рукопашных боев с тестируемыми. Ни один федеральный нормативный документ МВД не подтвердил правомочность этой инструкции. А уже после случившегося начальник областного УВД Павел Горчаков утвердил Новоженина в должности командира ОМОНа. Повысил, надо понимать.
       Инструктора ОМОНа по боевой и физической подготовке Андрея Скрыника, судью боя Владимира Крупника, которые непосредственно следили за ходом боя, а по сути избиения, к ответственности не привлекали. Выходившие на ринг по приказу Новоженина омоновцы Паскарь, Зайцев, Леонов, от чьих ударов скончался Смирнов, по делу вообще проходили как свидетели!
     
       Все по закону?
       Тот первый суд в подробностях описали местные газеты. Некоторые эпизоды слушания производят особое впечатление.
       Вот у Новоженина интересуюся: зачем при приеме в ОМОН нужен рукопашный бой? «В бадминтон, что ли, играть? — удивляется он. — Мы не можем допустить на службу человека, слабого морально и физически. А вдруг завтра в Чечню?». Чечня как главный аргумент, предполагающий наличие у потенциального защитника родины навыков к смертоубийству, в линии защиты доминировала.
       А один из участников боя, третьим избивавший Сергея, на вопрос судьи, почему он не остановился, увидев, что Смирнов едва держится на ногах, отвечает: «Да не мог уже остановиться, в раж вошел…».
       Можете себе представить, как входит в раж тридцатилетний девяностокилограммовый мужик с разрядом по кикбоксингу? И разве непонятно, что в раже уже мочат, а не проводят учебный бой?
       Бойцы, Чечню прошедшие не раз, защищались отчаянно. Пытались убедить следствие, что плохо Смирнову стало потому, что после боя в душевой он упал и ударился о кафельный пол. Четыре адвоката Новоженина приобщили к делу детскую амбулаторную карту, в которой отмечено, что он в девятилетнем возрасте получил легкое сотрясение мозга, играя в футбол.
       Но адвокаты Новоженина работали, понятно, не за интерес. А вот зачем роль защитника взял на себя заместитель прокурора Череповца Петр Жерихин, сказавший, что «Степан Новоженин проявил полезную инициативу», непонятно. Но, видно, была у зампрокурора своя мотивация, никак не связанная с собственной репутацией. Как и у врача-нейрохирурга Алексея Родичева, оперировавшего Сергея. После операции он, потрясенный, сказал матери: «Парня как будто ломом били». А на суде вдруг стал невнятен. Словно не видел нейрохирург на своем веку, как и после одного удара в голову отдают концы.
       А назначенная повторная медицинская экспериза вообще выдала заключение — образец медицинской продажности: «Причиной смерти Смирнова явилась травма головы. Для причинения такой травмы достаточно было одного довольно сильного ударного воздействия… Маловероятным представляется экспертам получение травмы Смирновым на ринге». Пятьдесят ударов в голову, зафиксированных видеокамерой, экспертная бригада под руководством А. Царева, видимо, не сочла весомым аргументом.
       Первый суд (а последующие этот приговор оставили в силе) приговорил Новоженина к четырем с половиной годам лишения свободы условно. Подсудимый своей вины не признал. Это была яркая победа Череповецкого ОМОНа. Потому что всех остальных удалось отмазать. Считай, командир собой ребят прикрыл. Смерть в стенах ОМОНа даже не стала поводом для увольнения причастных к делу.
       Трижды после того приговора подавала Галина Михайловна жалобы в суд. Трижды суд вынужден был удовлетворить ее просьбу, и дело отправляли на доследование, предельно и, судя по всему, намеренно затягивая сроки. В результате четверых омоновцев, избивавших Сергея Смирнова, каждый раз признавали невиновными. Суды отказы в возбуждении уголовного дела мотивировали тем, что невозможно якобы определить, чей удар был смертельным. Вторым аргументом было то, что бойцы действовали по приказу, а приказы, как известно, не обсуждаются. Более того, омоновцам даже не предъявили обвинение в нанесении тяжких телесных повреждений. Нужны комментарии?
       Четыре года условно дали только инструктору ОМОНа, который следил за ходом боя, — Андрею Скрыннику. Надежда на правосудие у Галины Михайловны рухнула нынешним летом, когда дела по трем омоновцам — Зайцеву, Паскарю и Леонову — были закрыты по истечении срока давности.
       
       Мать
       По судам последние полгода Галина Михайловна ходить перестала. Она вообще почти перестала ходить. Прошлой зимой заболела бронхитом, и кашель замучил. Перепробовал на ней доктор все известные антибиотики, но не помогло, и еще через месяц гнойники покрыли все тело. Диагноз, который поставили череповецкие врачи, — болезнь Лайела, редчайшее и почти не оставляющее шансов на жизнь заболевание. Но ее как-то чудом вытащили с того света, правда, удалили селезенку.
       Вот мы сидим на кухне, и разговаривать трудно, потому что это невыносимо рассказывать. Я даже представить себе не могу, как это можно рассказывать: как убивают твоего ребенка, а ты эти подробности вынужден видеть и слышать в суде, а убийцы сидят тут же рядом и не дотянуться до них. Поэтому я не прошу повторять, как это было с Сережей. Мы — про жизнь, которая после…
       Утром к ней приходила врач, взяла все ее документы оформлять инвалидность. Теперь в семье будут два инвалида: она и муж Александр Григорьевич. Пенсии — 1800 и 2300. Он все три месяца, пока было совсем плохо, каждый день уходил дежурить к ней в больницу, кормил из трубочки и уговаривал жить.
       Она вышла из комнаты, а он шепотом говорит: «Я ее просил: не надо по всей квартире Сережкины фотографии вешать. Куда ни посмотришь — везде он, тяжело. А она не дает снимать». А в комнате на кровати, где спал Сережа, теперь сидят два потертых плюшевых мишки с глазами из пуговиц, а на полке со школьными учебниками — маленькие гоночные машинки. Комната, где мальчики жили, так, по сути, детской и осталась. Если волокиты с документами на инвалидность не будет, то тогда младшего сына Смирновых Алексея из армии досрочно демобилизуют. Он сам после случившегося в армию ушел — по закону могли не призывать. «Тут про Сережку все напоминало, он и не выдержал», — говорит старший Смирнов.
       Соседи Смирновых поддерживали, как могли, подписи в суд собирали и сочувствовали, а соседка сверху овсяный кисель варила в больницу для Галины Михайловны. Но страсти в доме постепенно улеглись — чужим горем долго жить трудно. Еще накануне Дня учителя к Галине Михайловне приходили дети — ее подготовительная группа. Она в детском саду воспитателем 35 лет отработала. Хризантемы принесли и торт. Если б можно было на работу выйти, она точно знает: было бы легче — но где уж теперь.
       Потом она приносит мне из другой комнаты большую фотографию и разглаживает на коленях. На фотографии — Череповецкий ОМОН в полном составе, снятый по какому-то парадному случаю. Она поочередно показывает мне всех, кто проходил по делу, — хорошие такие русские лица у парней. Зачем она держит эту фотографию в доме? Что она в этих лицах понять хочет?
       В прошлом году она несколько раз ездила в Москву — в администрацию президента, в Генпрокуратуру, в МВД и даже два раза дозвонилась по прямой телефонной линии главе государства. «Ваше сообщение принято к рассмотрению», — отвечали ей везде. И глухо…
       Соседки еще посоветовали: «Ты напиши письмо президенту. Самому, лично». Галина Михайловна писать не стала: разве кто-нибудь видел ответ от президента?!
       
       Дело прошлое
       К главному прокурору города Череповца Александру Лукьянову я пришла по-партизански — как обычный гражданин в приемный день. Было у меня ощущение, что, попытайся я договариваться о встрече заранее, нашлись бы у Александра Артемовича дела поважнее. Застала врасплох. И единственное, что ответил прокурор на вопрос, уверен ли он в добросовестности суда: «Все процессуальные нормы были соблюдены».
       Еще прокурор поделился соображением о несовершенстве судебной реформы и о том, что главное, по его мнению, упущение в работе ОМОНа было в том, что принимали туда на работу, проверяя только физические данные кандидатов, а другими подробностями биографии не интересовались вовсе: «Так ведь могли и судимого на работу принять».
       Это правда, в ОМОНе должны служить люди с безупречной биографией. С этой точки зрения действия Череповецкого суда, сохранившего кристальную биографию бойцам ОМОНа, очевидны.
       Адвоката семьи Смирновых Тамару Кытину мой интерес к делу двухлетней давности обескуражил настолько, что на назначенную встречу она предпочла не явиться. Понять женщину можно — корреспондент уедет, а ей в городе работать.
       То, что ажиотаж по делу Смирнова в городе всеми доступными способами пытаются погасить, подтвердила журналист Лидия Луссе. По ее словам, пробивать публикации по делу в городской газете «Голос Череповца» ей раз от разу становилось все труднее. Кончилось тем, что Луссе уволилась.
       Череповецкий ОМОН случившееся пережил с минимальными потерями. Уволенный из органов бывший командир Степан Новоженин организовал охранное предприятие «Торнадо», инструктор Андрей Скрынник, также получивший условный срок, работает в фирме, которая владеет сетью игровых автоматов. Паскарь, Леонов и Зайцев после суда не были уволены и остались в рядах ОМОНа.
       А еще мне стало известно, что летом 2002 года, спустя полгода после смертельного боя, бойцы Череповецкого ОМОНа еще раз дали повод для судебного очерка. Пятеро бойцов прицепились в кафе к отдыхающей компании. Затолкали их в машины и вывезли на городской пляж. Поиздевались вволю. Получили условно.
       Если хватит сил (дай бог, чтобы хватило), Галина Михайловна Смирнова опять обратится в суд. Теперь уже в гражданский — требовать возмещения морального и материального вреда в связи с гибелью сына. Моральный — миллион рублей. Она эту цифру написала как символическую — разве смерть ребенка поддается калькуляции. А материальный ущерб она посчитала по квитанциям.
       «Свечи в кол-ве 60 штук — 480 рублей.
       Поминальный ужин — 14 488 рублей.
       Могильщику Мише –500…».
       И далее по списку.
       Итого — 57 704 рубля.
       Недорого, правда?
       
       Наталья ЧЕРНОВА, наш спец. корр., Череповец — Москва
       
21.10.2004
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

№ 78
21 октября 2004 г.

Расследования
Убийство особого назначения. Его даже снимали на видео, но в тюрьму никто не сел
Убийство вице-премьера Карачаево-Черкесии может привести к кровавому противостоянию нескольких знатных семей
Контрабанд формирование. Таможня по-прежнему дает добро. Много добра
Болевая точка
Что было на крыше дома №39?
Беслан ждет новостей, а ему рассказывают про уборку кукурузы. Слов не хватает
Манук. С сентября он не знает, как жить дальше
Концерты для детей Беслана
Наши даты
Два года назад, 23 октября, террористы захватили «Норд-Ост»
Милосердие
Срочно нужны доноры!
Отделение связи
Дмитрий Муратов — Владимиру Соловьеву: Позвони, расскажу подробности
Специальный репортаж
Десятилетие лицея «Подмосковный» совпало с годом содержания под стражей его основателя Михаила Ходорковского
Суд да дело
Тамбовский волк «ЮКОСу» не товарищ! Главный свидетель Генпрокуратуры — убийца, наводивший ужас на целый город
Власть и люди
Обращение российской демократической партии «ЯБЛОКО»
Власть
Власть растит молодых политиков. Кадырова повысили
Мир и мы
Путин избрал президента США. Неужели американцы подведут нашего лидера?
Правительства стран СНГ пересматривают свои соглашения с Россией о пересечении границы
Тупики СНГ
Главный административный ресурс украинских выборов — гастарбайтеры
Янукович подготовил Донбасс к приезду Ющенко
За Лукашенко проголосовали мертвые души
Телеревизор
Телевизионщикам предложили писать друг на друга
Кинобудка
Войны, в которых проигрывают зрители…
Московский наблюдатель
Мир не без добрых лебедей. Они не пара, но общее несчастье сделало их друзьями
Финансы
В среду бюджетные работники страны провели забастовки
НДС на скамье подсудимых. Хочешь взять кредит — плати
Подробности
Хищения металла с электроэнергетических объектов выливается в замерзшие города и высокие тарифы
Четвертая власть
Конкурс имеи Ларисы Юдиной подвел итоги в седьмой раз
Музыкальная жизнь
Валерий Ярушин: На госканалах есть «черные списки» артистов
Театральный бинокль
Светлана Врагова: Культура, к счастью, победила искусство
Культурный слой
Павел Катенин
Александр Одоевский
Медицина
Если все же одолел кариес…
Новости компаний
Информация КБ «Межторгбанк»: дивиденды есть!

АРХИВ ЗА 2004 ГОД
95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 35-36 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2004 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100