NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

Артем ТАРАСОВ
МИЛЛИОНЕР
Что и как построено в России за последние 15 лет. Две главы из книги Артема Тарасова
       
       Из 600-страничной книги Артема Тарасова «Миллионер» мы выбрали два эпизода. Нам показалось, что этого достаточно, чтобы понять, как в России зарождался дикий, криминальный капитализм. Пятнадцать лет прошло, а ощущение такое, будто было вчера. Или — даже сегодня. И будет завтра. Никуда не исчезли бандитские «крыши», способы «отъема денег у населения», схемы передела собственности. Никуда не исчезло государство, для которого отечественный бизнес — не основа благополучия страны, а источник обогащения избранной группы лиц. Государство устанавливает правила, по которым нельзя играть честно, и внимательно следит за игроками. И в этом смысле за 15 лет почти ничего не изменилось, а ельцинский хаос не сильно отличается от путинской стабильности: чем мутнее вода отечественного бизнеса, тем ловчее ловится рыба. И как-то так получается, что честный (честные), умный (умные), по-настоящему предприимчивый (предприимчивые) — в проигрыше. Они унижены, загнаны в угол и не востребованы. Зато у другого (других) — все под рукой: неправедный суд, беспощадная власть всех уровней, коррумпированные правоохранители и беспомощное, будто его и нет вовсе, общество…
       Между тем, если верить социологам, более 50 процентов россиян относят себя к среднему классу. Т.е. на первый взгляд государству есть на кого опереться. Но это взгляд с высоты Кремлевской стены, иначе говоря — с удаленной, почти космической перспективы. И если опуститься на землю, то окажется, что становой хребет (средний класс) нашей экономики совсем даже не ровный и не прочный, а искривленный, с выпавшими позвонками. На такой основе невозможно построить что-нибудь пригодное для жизни.
       
       Отдел «Общество»

(Рисунок С. Аруханова)

Газетный вариант.
Книга Артема Тарасова «Миллионер»
выходит в издательстве «Вагриус».

       В моей смерти прошу винить мою жизнь
       <…> К сожалению, опыт общения с криминалом у меня весьма богатый. Сразу после скандальной истории с уплатой партвзносов с зарплаты в три миллиона рублей в моем кооперативе «Техника», после которой я стал знаменит, мной заинтересовалось множество мелких бандитов. Забавно, но они заявили, что готовы меня защищать любым видом оружия. Так мне и передали от общака.
       Тогда меня пригласил в гости покойный ныне Отари Квантришвили — ему захотелось пообщаться с кооператором, который так смело ведет себя в телевизионном эфире.
       Отарик сам не был вором в законе, как его старший брат Амиран. Однако с молодости вращался в криминальной среде, выколачивал дань с фарцовщиков и тем завоевал уважение и авторитет у воров. Он быстро сориентировался в кооперации и вскоре подмял под себя десятки успешно функционировавших предприятий и кооперативов, став для них «крышей». <…>
       Конечно же Отарик сразу меня очаровал: он был поразительно коммуникабельным человеком и великолепным рассказчиком. Слушать его замечательные истории можно было часами, и он не переставая их рассказывал, увлекая собеседника. И я бы наверняка незаметно попал под его влияние, если бы не моя эмиграция, случившаяся меньше чем через год.
       <…> Пожалуй, других крупных авторитетов я тогда еще не знал…
       Впрочем, ошибаюсь. Незадолго до этого «благодаря» моему приятелю Леве Гукасяну я познакомился с вором в законе по имени Наум. Через несколько лет он был убит прямо у ворот Петровки, 38.
       <…> Как-то мне в Англию позвонил Гукасян и говорит: «Знаешь, Артем, а ведь твое уголовное дело все еще ведется в России. Но можно помочь». Речь шла о старом уголовном деле, еще времен моего кооператива «Техника». Дело о хищении мазута совместным предприятием «Микрограф-Москва», как раз и заваренное самим Гукасяном. Мы тогда договорились с кременчугским заводом об отгрузке сливов нефтепродуктов — из них можно было отделить воду и получить мазут. А сами эти сливы никому в России были не нужны: их просто сливали в отстойные ямы, загрязняя окружающую среду.
       Мы нашли зарубежного покупателя, и первый танкер благополучно ушел. За тридцать тысяч тонн нам выплатили почти миллион долларов <…>
       Но второй танкер задержали в порту. Независимый эксперт таможенного управления вдруг определил, что он загружен настоящим мазутом, причем очень высокого экспортного качества.
       Прокуратура завела уголовное дело о контрабанде нефтепродуктов, меня стали вызывать на допросы, почему-то в Лефортово.<…> Нам самим было непонятно, откуда взялся мазут в танкере вместо сливов. Поэтому независимо от официального расследования мы провели свое и неожиданно раскопали достаточно опасную для нашей жизни новость: до России не доходит поток валютных средств, который оседает на зарубежных счетах для финансирования КГБ!
       Схема была проста, как все гениальное: по указанию компетентных органов в мазут низкого качества при погрузке на корабль прямо в нефтеналивном порту добавляли дизельное топливо — и получался высококачественный нефтепродукт, который стоил гораздо дороже, чем отходы и сливы.
       Разница составляла примерно пятьдесят-семьдесят долларов за тонну, и ее выплачивали уже за границей, проведя в иностранном порту дополнительный анализ качества груза. Причем, поскольку нашим внешнеторговым посредником была фирма, работавшая на КГБ, все средства попадали на их валютные счета. Деньги эти были совершенно неучтенными, они нигде не фигурировали и никакому контролю не подлежали.
       И вот когда меня во второй раз вызвали в Лефортово на допрос, я обо всем этом рассказал следователю. Дело сразу же прекратили. Меня спасли депутатская неприкосновенность и популярность, созданная прессой.
       Гукасян очень испугался и сбежал в Америку. Но в 93-м году решил вернуться в Россию. Привез десять лимузинов, выгодно их продал, закрутил свой бизнес…
       И вдруг звонит мне в Лондон, чтобы сообщить о том, что дело о контрабанде вновь открыто: через три года после закрытия с формулировкой о недостаточности доказательств!
       — У меня есть влиятельные друзья, — сказал Гукасян. — Если хочешь, я тебя с ними познакомлю. Они готовы помочь!
       Я согласился, и вскоре он привез в Англию этих «друзей». Одного я знал и раньше, а второй, как потом выяснилось, был вором в законе, тем самым Наумом.
       Он сказал:
       — Артем Михалыч, я как официальный представитель МВД(!) предлагаю вам выкупить ваше уголовное дело — всего за шесть миллионов долларов!
       — За сколько?
       — А что вы удивляетесь — там одних только ваших телефонных разговоров из Англии аж четыре тома, а всего тридцать два! Не зря же люди работали…
       — Ну хорошо, допустим, я заплачу эти шесть миллионов — и что?
       — Мы отдадим вам дело. А что вам еще нужно?
       — Мне нужно, чтобы министр внутренних дел России господин Дунаев и председатель КГБ Баранников выступили бы публично по Первому каналу телевидения и сказали, что они ко мне никаких претензий не имеют, а я сам не имею отношения ни к какому криминалу!..
       — Нет проблем! — легко согласился Наум. — Хоть завтра! Мы вам доверяем, если вы согласны, мы все сделаем вперед, а потом уже оплата. Соглашайтесь!
       <…>
       Они уехали, а я стал выяснять и думать, откуда ветер дует. <…> И вот неожиданно все разъяснилось само собой.
       За полгода до этого разговора ко мне приезжал один парень из России <…> Звали его Виктор. И компания у него была «Виктор», и банк с тем же названием <…> Еще у Виктора были корабли и двенадцать больших приватизированных самолетов.
       Мы с ним провернули очень красивую финансовую операцию. Я помог Виктору взять под залог этих самых самолетов западный кредит в инвестиционном банке. Он уехал очень довольный <…>.
       И тут он снова прилетел и сообщил, что у него все отняли и он разорен… Оказывается, к нему сначала приехали бандиты и потребовали, чтобы он передал все имущество с баланса на баланс: и офис, и банк, и самолеты с кораблями!
       Охрана Виктора выставила их за дверь. Но бандиты обещали вернуться послезавтра. Не завтра, уточнили они, а именно послезавтра!
       С утра на следующий день появился отряд вооруженного ОМОНа. Под дулами автоматического оружия всех уложили лицом на пол — и женщин, и бывших на переговорах иностранцев. Потом крушили мебель, повалили несколько шкафов, разбили журнальные столики, несколько мониторов от компьютеров, забрали с собой жесткие диски и все документы.
       А на следующий день опять явились бандиты. Виктор понял, что дело совсем плохо. Он все передал им на баланс какой-то подставной фирмы и уехал.
       И вот я неожиданно узнаю, что фирма, где работал Гукасян и от которой ко мне приезжали «гости», совсем недавно приобрела как раз двенадцать самолетов. И название ее совпадает с той бандитской, которую называл мне Виктор.
       Мне стало известно, что за этой фирмой стоял не только ОМОН, а гораздо более серьезные криминальные силы. Независимое расследование привело нас прямо в правительство Ельцина. Связи этой мафии тянулись строго вверх до самого вице-президента России господина генерала Руцкого.
       <…>
       Вскоре после того, как Руцкой вместе с Хасбулатовым попали в тюрьму (после октябрьского путча 1993 года. — Ред.), мне снова позвонил Наум, на этот раз из Австрии.
       Я говорил с ним достаточно жестко и прямым текстом дал понять, что вообще-то в курсе: кое-кто остался без покровителя.
       — Ну и что? — ответил Наум. — Среднее-то звено всегда останется на своем месте. Как ты не понимаешь, что другого выхода у тебя нет. Будешь платить. Мы все равно тебя достанем и привезем по этапу из твоей вонючей Англии. Вот увидишь!
       У меня оставалось два выхода: скрыться где-нибудь в Аргентине или самому поехать в Москву, а там будь что будет…
       Я выбрал второй вариант. <…>
       
       О бедном богатом замолвите слово
       Однажды Илья Медков заявляет мне:
       — Знаете, Артем Михайлович, а я купил ИТАР-ТАСС! Они все у меня на зарплате. Я могу теперь сообщать всему миру любую информацию, и она будет официальной, как бы государственной… Давайте на этом заработаем!
       Сидя у меня в гостях в лондонской квартире, он спокойно попивал чай и закусывал сухариком.
       — Давайте, например, передадим, что Ельцин умер и власть в России снова перешла в руки коммунистов. Что в Америке после этого произойдет? Артем Михайлович, вы могли бы это просчитать? Что будет с ценами на американской бирже в этот день? Или можно что-нибудь более изысканное сделать: сообщить, что кубинские ядерные боеголовки на советских ракетах, о которых столько лет молчали секретные службы СССР, остались без технического обслуживания. А Фидель Кастро обратился за помощью к российскому правительству — он боится, что система наведения сработает автоматически и приведет к их непроизвольному запуску в сторону Америки. Как вы думаете, насколько упадут акции компаний по недвижимости во Флориде? Можно ведь их скупить, а потом продать? Зато акции американских военных корпораций, наверное, вырастут в цене, а когда все выяснится, сразу упадут обратно!
       Шел 1992 год. Илья Медков говорил очень убедительно для своих неполных двадцати шести лет.
       Вскоре я побывал в Нью-Йорке, где встретился со знакомыми брокерами. Решил ради интереса поведать им идею Медкова. Меня выслушали с округлившимися от страха глазами и говорят:
       — Да за это двадцать лет тюрьмы дают — и нам, брокерам, в том числе!
       А Илюша — я почти уверен, что это был именно он, — вскоре провел совершенно потрясающую комбинацию. ИТАР-ТАСС вдруг сообщил, что в Ленинградской области на атомной электростанции произошла утечка ядерного топлива. Разумеется, это сообщение тут же повторили все информационные агентства. Мир, напуганный Чернобылем, буквально закипел — такой информационной волны в прессе давно не видели. Несмотря на опровержения, скандал продолжался в течение почти двух недель. Нанятые Илюшей брокеры скупали акции ведущих скандинавских компаний, которые чудовищно упали в цене…
       <…> Илюша умел потрясающе построить бизнес на грани фола. Вскоре он начал ворочать миллионами, у него появился сначала Прагма-банк, потом ДИАМ-банк. А потом — торговые дома, нефтяные и другие экспортные компании, агентства масс-медиа, гигантские промышленные предприятия…
       Деньги Илюша зарабатывал на всем. Он стал торговать редкоземельными металлами, получая невероятную прибыль. У него были фактически приватизированные заводы в городе Лермонтове на Кавказе и в Казахстане, где производились редкоземельные металлы. И он первым придумал этот фантастический бизнес.
       Сама процедура вывоза и торговли была необыкновенно проста. Илюша брал чемодан с редкоземельным металлом, садился в свой самолет и вылетал во Франкфурт. Российская таможня на такую мелочь, как чемодан с небольшим количеством металлического порошка, практически не реагировала. Все оформлялось как образцы для анализа.
       Средняя сделка заключалась на пятнадцать-двадцать миллионов долларов, и рентабельность была огромной.
       <…> Как-то Илюша приезжает ко мне и спрашивает:
       — Артем Михайлович, вы можете класть наличную валюту в банк? Только мне нужно очень много, например сто миллионов долларов в день наличными! Буду их на самолете привозить, я тут недавно самолет специальный прикупил…
       — Илюша, — отвечаю ему, — такой объем наличности можно сдавать, ну, может быть, в Монако, и то не каждый день! В нормальной западной стране тебя немедленно арестуют. Но откуда у тебя столько денег?
       — Понимаете, Артем Михайлович, сейчас происходит очень большая афера… Но вы не подумайте плохого, я в ней лично не замешан! Просто государство фактически ограбило половину населения вместе со всеми иностранцами в России. А мне на этом предложили делать свой маленький бизнес. За то, что я перевезу сто миллионов и положу их в иностранный банк, мне платят процент. Ну и почему мне за это не взяться, когда груз официальный, отправляемый Госбанком России? Я уже много перевез в Прибалтику, Польшу, Венгрию. Но люди хотят понадежнее, в западные страны…
       Я не верил своим ушам, хотя поводов сомневаться в его словах у меня никогда не было.
       — Вы наверняка слышали, что несколько месяцев назад Внешэкономбанк объявил себя банкротом, — продолжал Илюша. — А на самом деле там на счету оставалось восемь миллиардов долларов. Так вот, клиентам банка предлагается — неофициально, разумеется! — заплатить, чтобы вытащить оттуда часть своих денег, иначе они исчезнут совсем. Вы бы заплатили небольшой процент, чтобы спасти свой вклад?
       — Заплатил бы, — согласился я.
       — Ну вот видите! Сначала это стоило десять процентов, потом двадцать, а сейчас уже доходит и до тридцати. Деятели из Внешэкономбанка наняли множество курьеров, таких, как я, с самолетами. Вот мы и возим наличность за границу, кладем ее в банк и получаем свои проценты.
       Илюша задумался…
       — Я понимаю, что делаю что-то неправильное, — сказал он после паузы. — Но ведь закон, если он есть, должен прежде всего соблюдаться самим государством! Если оно само просит меня делать то, чем я занимаюсь, значит, это государственное поручение! Я ведь понимаю, что эта деятельность согласована с Верховным Советом и наверняка с председателем Центробанка, а может быть, вообще с Клинтоном?
       За несколько месяцев этой грандиозной аферы наличность из Внешэкономбанка была вывезена полностью.
       <…> Конечно, Илюша был знаковой фигурой — уже только по его деятельности я мог представить направленность и размах того, что происходило в России.
       <…> Почему его убили и, как говорят в России, кто его заказал?
       Илюша купил особняк на проспекте Мира и построил под землей огромный бункер, создав в Москве первую частную инкассаторскую службу. Ведь банки должны были куда-то сдавать наличные деньги, но при этом им очень часто не хотелось светить их перед Центробанком. И вот он соорудил такое подземное хранилище. Когда банкам нужна была наличность, они звонили Медкову, и тут же от него приезжали фургоны с деньгами…
       А тут начались чеченские авизо, придуманные, по моему глубокому убеждению, в тех же самых государственных финансовых структурах.
       Банк Ильи, как и десятки других, на вполне законных основаниях включился в оборот чеченских авизо.
       — Какая мне разница, как они называются в народе, — говорил Медков, — чеченские или мордовские? Для меня они просто авизовки, согласованные с Центральным банком, то есть государственный документ, под который я как банкир обязан выдавать деньги! Я их сам не печатаю, мне их предъявляют официальные клиенты банка!
       И он выдавал деньги. И прокручивал миллиарды наличных рублей, строго соблюдая формуляры и постановления Центробанка России.
       Совсем незадолго до убийства Ильи завершился уникальный судебный процесс. Иск частного ДИАМ-банка Медкова к Центробанку России был удовлетворен! Главному банку страны предписывалось немедленно вернуть Медкову незаконно конфискованные три миллиарда рублей — они были изъяты для покрытия дыр, образовавшихся в Центробанке из-за чеченских авизо…
       Илюша позвонил мне за несколько дней до своей смерти. Его голос звучал восторженно:
       — Суд подтвердил, что в чеченских авизо виноват прежде всего сам Центробанк. Теперь Геращенко всем ограбленным частным банкам возвратит конфискованный капитал! Вы представляете, свершилось чудо, мы становимся цивилизацией!
       Эх, Илюша! Был тобой создан опаснейший прецедент, неугодный государству, и им могли воспользоваться другие коммерческие банки. А это самое опасное в России, за это не прощают — по себе знаю!
       
       Артем ТАРАСОВ
     
    
       Досье «Новой»
       МЕДКОВ Илья Алексеевич (1966—1993) — российский бизнесмен, миллионер «первой волны». Занимался нефтяным бизнесом, банковским делом и благотворительной деятельностью.
       В 1989 году совместно с известным на рубеже 90-х банкиром Аркадием Ангелевичем создал малое предприятие по реализации компьютеров «Прагма», которое позднее проходило по уголовному делу об афере с поддельными чеками «Россия». Впоследствии — один из руководителей Прагмабанка, созданного в 1991 году, затем основатель собственного коммерческого банка «ДИАМ» и одноименного концерна.
       Убит в Москве в ночь на 17 сентября 1993 года.
       
       
06.09.2004
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

№ 65
6 сентября 2004 г.

Болевая точка
Ложь провоцировала агрессию террористов
Руслан Аушев: Мы потеряли полтора дня
Залина Дзандарова: Меня заставили взять сына и оставить дочь
Евросоюз требует назвать причины трагедии в Беслане
Невидимого врага победить невозможно ни танками, ни доносами
России нужна власть, умеющая спасать
Захвата заложников в Чермене не было
Невозможно по понедельникам брать взятки, а по вторникам заниматься усилением режима
В Москву привозят раненных в Беслане детей
Проснитесь! Одни нас убивают, другие нас унижают
Государственное телевидение — заложник цензуры
Что случилось с Политковской?
Бабицкий не купил фээсбэшникам пива
Общество
Акция солидарности «Вместе!»
Интернет
Беслан-2004: фотохроника событий
Суд да дело
Судодень. Новое явление в реформе российского правосудия
В Баварии закончился «процесс века» над «русской мафией»
Навстречу выборам
Нефть в обмен на величие. Всероссийские выборы на постсоветском пространстве
Избирательная контрреволюция. За три года до очередных парламентских выборов власть начала зачистку возможных конкурентов
Специальный репортаж
Кузбасский андеграунд. Жизнь в Кемеровской области бьется под землей
Регионы
Саратовские политики переходят на личности
Образование
В школах Удмуртии классы заполняются, а учительские пустуют
Инострания
Монумент эсэсовцам в Эстонии снесен
Телеревизор
Лианы опутали эфир. Телеканалы как природные зоны
Кинобудка
Беги, Коняев, беги!
Памятник кухне
Сегодня — венецианская премьера фильма Киры Муратовой
Русские «настройщики». Наши — снова в конкурсе Венеции
Спорт
Андрей Червиченко: Мне предложили феерическое расставание с деньгами. Я ушел
Военно-полевой футбол. Чемпионат России живет по армейским правилам?
Что может помешать нам попасть на чемпионат мира
Прогноз Игоря Шабдурасулова о Кубке мира по хоккея
Библиотека
Артем Тарасов. «Миллионер». Что и как построено в России за последние 15 лет
Артем Тарасов: Я по-прежнему миллионер. Рублевый
Культурный слой
Анна Бунина — прабабушка Ахматовой
Свидание
Александр Сыркин: До лучших времен осталось всего 427 тысяч лет
Наши даты
Массовые посадки в честь тысячного номера «Новой газеты»
К сведению…
Подписной талон — это ваш страховой полис

АРХИВ ЗА 2004 ГОД
95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 35-36 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2004 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100