«ЗАПРЕЩЕННОЕ» ИЗДАТЕЛЬСТВО ВЫПУСТИЛО СПРАВОЧНИК ВСЕГО ЗАПРЕЩАЕМОГО
Цензура — двигатель
торговли
 К книгам из серии «100 великих…»
(любовников, полководцев, тиранов и т.д.) всегда
относишься с некоторым презрением. Такие книги
читают те, кто поленился в свое время пройти
фундаментальный курс истории, но не расстался с
амбициями эрудита. Есть в них нечто сродни
«Краткому содержанию Анны Карениной», которое
читают школьники перед экзаменами.
Беря в руки справочник «100
запрещенных книг», автоматически испытываешь
ровно такое чувство, но только до тех пор, пока
взгляд не упирается в строку, где указано
издательство — «Ультракультура». В этот момент
ощущаешь почти физическое удовольствие от
постмодернистской элегантности демарша этого
издательства.
«Ультракультура» —
главная жертва цензуры в современной нам
путинской России. Что так будет, стало понятно
еще тогда, когда издательство появилось, потому
что это было «неправильное» издательство,
решившее, что свобода — превыше всего:
общепринятого мнения, политкорректности и даже
государственной целесообразности.
Рок-поэт и автор лучших
песен легендарной группы «Наутилус Помпилиус»
Илья Кормильцев возглавил издательство и дал
слово революционерам-интернационалистам,
теоретикам исламского фундаментализма,
сторонникам легализации наркотиков и прочим
плохишам.
Он не побоялся издать
лимоновскую «Другую Россию» — ту самую, за
которую самого Лимонова обвинили в попытке
государственного переворота. Он опубликовал
«Сосну и оливу» израильского диссидента Исраэля
Шамира. В «Ультракультуре» увидело свет
«Революционное самоубийство» — воспоминания
чернокожего борца за права негров в США Хьюи
Ньютона.
Все это выходило
малюсенькими 5-тысячными тиражами и обязательно
со скандалом.
Даже презентации
«Ультракультурой» поэтических сборников
разгоняли наряды ОМОНа. Директору издательства
Александру Касьяненко запрещали жить в России
(он гражданин Израиля). Владельцев книжных
магазинов, бравших у «Ультракультуры» книги,
запугивали представители ФСБ. Хозяин офиса, где
разместилось издательство, поднял аренду так,
словно это исторический дворец на территории
Кремля.
Когда и это не проняло, за
дело взялся Госнаркоконтроль. Сначала
представители ГНК изъяли из продажи книгу
Гринспуна и Бакалара «Марихуана — запретное
лекарство», изъяли до решения суда, а заодно
запретили продавать еще две книги того же
издательства — А. и Э. Шульгиных «Фенэтиламины,
которые я знал и любил» и Джея Стивенса «Штурмуя
небеса».
Если кто-то скажет, что
публиковать книги о наркотиках — наглая
либертианская выходка, то в защиту дальнейших
цензурных запретов аргументы найти будет
посложнее, потому что следом под запрет попали
«Аллах не любит Америку» под редакцией Адама
Парфрея, двухтомник «Антологии современного
анархизма и левого радикализма», «Терроризм
изнутри» Брюса Хоффмана (кстати, эксперта
Госдепа США по международному терроризму при
администрации Клинтона) и «Невесты Аллаха» Юлии
Юзик. Это была уже политическая цензура.
Высокопоставленный бюрократ из
Госнаркоконтроля Борис Целинский даже не
скрывал причины запрета, заявив, что проблемы у
издателя — из-за пропаганды нигилизма.
Усилия цензоров привели к
прогнозируемому результату — вся продукция
«Ультракультуры» попала в списки бестселлеров.
Но одно дело — хорошая
раскупаемость, и совсем другое — хорошая
репутация. Об «Ультракультуре» продолжали
говорить как о рупоре тех, кого в «приличном
обществе» не принято замечать.
Кормильцев ответил
по-настоящему красиво — выпустил «100 запрещенных
книг», заявив тем самым, из какого он общества.
Открываешь — и читаешь, что в середине XIX века
пытались запретить «Оливера Твиста» Диккенса,
усмотрев в нем намеки на антисемитизм. Что
оруэлловские «1984» и «Скотный двор» были под
цензурным запретом не только в СССР, что еще
как-то можно понять, но и в США. Что в 1974 — 1978 гг.
«Полет над гнездом кукушки» Кена Кизи попал под
цензурные ограничения в Огайо, Нью-Йорке,
Оклахоме, Массачусетсе и Айдахо. Что в 1957-м в
Австралии под репрессии попали сэлинджеровские
«Над пропастью во ржи», а «Архипелаг ГУЛАГ» в 1974-м
изымали из книжных лавок… Швейцарии.
В собратьях по несчастью у
кормильцевской продукции «Манифест
Коммунистической партии» и «Mein Kampf», Коран и
Библия, «Конек-горбунок», «Приключения
Гекльберри Финна» и даже «Крокодил» Чуковского.
Орхан ДЖЕМАЛЬ
02.08.2004
|
