Ахмед ЗАКАЕВ:
МЫ НЕ ГОВОРИМ О ПОЛНОМ ВЫВОДЕ ВОЙСК ИЗ ЧЕЧНИ
В Чеченской
Республике готовятся очередные «выборы». И они,
увы, отнюдь не свидетельство встающей на ноги
демократии, а скорее следствие неоконченной
войны — бывший президент республики Ахмат
Кадыров погиб «при исполнении».
Вера в то, что следующий
чеченский лидер сумеет установить мир в Чечне,
мала.
Числящийся в федеральном
розыске представитель Аслана Масхадова Ахмед
ЗАКАЕВ считает, что мир в Чечне возможен. Но
только после того, как будет признано наличие там
войны.
— Вы — официальный
эмиссар Аслана Масхадова. С особым статусом,
который дает вам право беспрепятственно
въезжать в любую страну мира.
Между тем в России против
вас выдвинуты обвинения по 11 статьям УК. Для
любого российского опера вы просто бандит,
находящийся в федеральном розыске.
— Да, российские
власти обвиняют меня в терроризме. Но доказать
они это до сих пор так и не смогли. Ни датский суд
в 2002 году, где я первый раз был задержан, ни
английский в 2003 году так и не признали меня
виновным, сочтя аргументы, выдвинутые российской
стороной, недостаточными.
Я в любое время готов
через суд доказывать свою непричастность к этим
обвинениям, но только с участием международных
инстанций. Потому что, хотя в России и действует
презумпция невиновности, если судить меня будут
там, то приговор известен заранее.
— С другой стороны, вы
представляете Масхадова. Когда-то он был выбран
на пост президента Ичкерии, а сейчас что он
делает? Деятельность Басаева, как к ней ни
относиться, — на виду. А Масхадов?..
— Если бы не было
Масхадова, не было бы и Басаева, да и вообще
организованного чеченского сопротивления.
— То есть они
координируют свои действия?
— Разумеется. Все
масштабные операции координируются. А локальные
стычки, без которых в военное время не обойтись,
абсолютно бесконтрольны.
— А теракты тоже
согласовываются?
— Террористические
акты ни к чему не приводят, взрывы на концертах,
захваты людей в зданиях, теракты в метро лишь
усугубляют ситуацию. Ведь в результате гибнут в
основном невинные люди. Я очень рад, что бойцы
сопротивления сейчас это поняли.
— Стало быть, и взрыв,
от которого погиб Ахмат Кадыров, для
политической ситуации в Чечне имеет
отрицательное значение?
— Этот взрыв вообще
значения никакого не имеет. Кадыров был
исполнителем и проводником той политики, которая
исходила из Кремля. Его уже нет в живых — найдут
других. Теперь станет Алу Алханов президентом.
Для этого не нужны «всенародные» выборы. Его уже
утвердили на этот пост. И так будет до тех пор,
пока не изменится политика федеральных сил в
Чечне.
— Я спрашиваю не про
это. Ответственность за ликвидацию Кадырова взял
на себя Басаев. Вы же утверждаете, что крупные
операции согласовываются с Масхадовым. Значит,
Кадырова убили с его ведома, а ведь заодно
пострадали и мирные люди?
— Я лично склонен
думать, что его убил не Басаев, а какое-то из
российских спецподразделений. До сих пор единого
подхода к решению чеченской проблемы в
российских верхах нет. ФСБ устраивает Кадыров,
МВД ставит на Алханова, Минобороны хочет еще
кого-то. Каждый тащит своего и ликвидирует
неугодных.
Я прекрасно знаю, что
такое охрана VIP-персон и какие меры
предосторожности применяются на таких
мероприятиях. Чтобы какой-то каменщик или
тракторист заминировал стадион и посадил
Кадырова прямо на бомбу — такого быть не может. У
нас пока таких возможностей нет.
— В Москве говорят,
что вступать с вами в переговоры незачем, так как
с террористами переговоров быть не может. А вы-то
сами готовы к переговорам и с кем?
— С людьми,
назначенными Кремлем, не пойдем ни на какие
переговоры. С точки зрения большинства мирного
населения Чечни, а тем более бойцов чеченского
сопротивления, переговоры с пророссийскими
чеченцами — предательство национальных
интересов.
— Какие условия
должны возникнуть, чтобы чеченское
сопротивление пошло на переговоры?
— К сожалению, за все
300 лет, что Чечня противостоит России, вопрос
перемирия, прекращения войны от нас никогда не
зависел. Эта прерогатива всегда была за Россией
как за сильной державой.
Когда российское
руководство договорится между собой и
российский президент публично объявит, что
военные действия на территории Чеченской
Республики прекращены, тогда под контролем
международных организаций будут проведены
настоящие выборы, в Чечне наступит мир.
— А если на
«настоящих» выборах выиграют промосковские
чеченцы, вы тоже согласитесь без всяких оговорок
и условий?
— Да, если они будут
избраны путем честных выборов, мы будем согласны.
— Это сейчас вы
говорите, что согласны, а что будет потом, когда
российские войска покинут территорию Чечни?
— А никто и не
говорит о полном выводе российских войск. Этого
ни в коем случае нельзя делать. Только вот Россия
пока с этим не согласна.
Еще в 2001 году, сразу же
после трагедии в Америке, у нас была встреча с
Казанцевым. Путин тогда предъявил ультиматум,
сказав, что «в течение семидесяти двух часов
боевики должны сдаться».
Казанцев мне предлагал в
случае нашей полной капитуляции оставить две
бригады. Я спросил его: «Почему две, почему не
четыре, не шесть, кто же будет следить за
ситуацией?». Он аж побагровел от злости. А мы
хотим, чтобы российские войска оставались на
своих базах. Это и будет гарантией, что не
начнется третья война; гарантией того, что не
будут бомбить наши города.
Ирина ГОРДИЕНКО, наш
спец. корр., Лондон
02.08.2004
|
