ШЕСТВИЕ КОСТЫЛЕЙ
На митинг выходят те, кому
терять больше нечего
Человек
протягивает пустую коробочку из-под лекарства.
Тычет пальцем в ценник: «3560 рублей и 18 копеек». У
Андрея Васильевича — рак. Ему пообещали пять лет
жизни, один год уже прожит. Упаковки флюцимона,
которую до сих пор он получал бесплатно, хватает
на месяц. Как инвалид он получит тысячу рублей.
Как чернобылец — еще тысячу. На экзотическое
лекарство, не входящее в соцпакет, денег не
хватит.
С самого
момента появления «чернобыльского» закона — в
1991 году — его едва ли не каждый год пытаются
«подправить». В 1999-м, когда причитающуюся
чернобыльцам сумму возмещения хотели сократить,
они приехали из Тулы в Москву, сложили свои
ордена у памятника Жукову. Ордена потом
рассылались по районам, а сокращать выплаты не
стали.
На этот раз чернобыльцы
двинулись маршем протеста на автобусах и поездах
к стенам Госдумы из нескольких городов, попутно
проводя митинги. Чернобыльцы для власти опасны.
Это 56 тысяч героев фильма «Достучаться до небес».
У многих дни сочтены — терять нечего.
Министры Зурабов, Шойгу и
первый зам Исаева по думскому комитету Мосякин в
срочном порядке пошли на переговоры с главой
Союза чернобыльцев России Вячеславом Гришиным. И
вроде как договорились. Но то ли сам Гришин вел
двойную игру, то ли региональные отделения его
усилия во внимание не приняли, но чернобыльцы в
Москву на митинг прибыли.
Тогда предприняли
последнюю попытку «не заметить» протест. На
въезде в Москву колонну из 15 автобусов остановил
ДПС: мол, сейчас дадим сопровождение, без него
никак нельзя. Прождав больше часа, чернобыльцы
поняли, что ни сопровождения, ни проезда не будет.
Вышли из автобусов и отправились к метро.
К митингу на площади
Революции присоединились правозащитники,
профсоюзы, общества инвалидов, ветераны,
«ЯБЛОКО», КПРФ, ЛДПР, «Родина», Молодежный левый
фронт, лимоновцы и много кто еще… В иных
обстоятельствах представить всех их вместе
невозможно.
Прячась от солнца под
зонтики, отдельной группой митинговали люди в
инвалидных колясках. Из Москвы, Ростова-на-Дону,
Самары… От коляски до коляски протянут плакат:
«Машина — наши ноги, не отнимайте их!».
Законопроект лишит их «обеспечения инвалидными
техническими средствами реабилитации»: коляску,
которую выдавали бесплатно, теперь придется
покупать. (Коляска отечественного производства
без технических излишеств стоит 10 — 12 тысяч
рублей.) Деньги эти они, конечно, могут скопить, но
кроме этого их лишают возможности работать и
учиться. Отменяется господдержка предприятий,
обеспечивающих занятость инвалидов, забираются
льготы на образование. На вопрос, что будут
делать, если закон все-таки пройдет в таком виде,
отвечают с улыбкой: «Будем бороться, потому что
выжить мы не сможем».
Ветераны тоже были
настроены по-боевому, звенели медалями, обсуждая
друг с другом, как бы «надрать единороссам
задницу».
Из мегафонов раздавались
предложения о досрочном отзыве «Единой России» и
переизбрании Путина.
Митинг закончился, а
Гришин все продолжал переговоры с Зурабовым.
Яна СЕРОВА
02.08.2004
|
