NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

Михаил ХОДОРКОВСКИЙ:
ПРОКУРАТУРА НЕ СМОГЛА ДОКАЗАТЬ НЕОБХОДИМОСТЬ АРЕСТА
Наш спецкор передает из Мещанского суда
       
(Фото — EPA)
    
       
В понедельник, 12 июля, в Мещанском суде продолжились заседания по делу Платона Лебедева и Михаила Ходорковского. Подсудимые через решетку обсуждали что-то со своими защитниками. Охранники, которых, пожалуй, было многовато для двух людей в клетке, зорко следили, чтобы адвокаты не передали руководителям «ЮКОСа» что-нибудь запрещенное. Главный охранник молниеносно среагировал даже на синюю тетрадку в руках Ходорковского: отнял ее, но, полистав, вернул.
       Судья Ирина Колесникова сообщила, что в суд поступило несколько документов. Первыми шли справки из СИЗО о состоянии здоровья юкосовцев. Изучив бумагу, адвокат Лебедева Евгений Бару заметил странность: врачи из медчасти «Лефортово» написали, что его подзащитный совершенно здоров, даже не осматривая его. К тому же на представленной СИЗО ФСБ справке не стояла дата. Как заявил адвокат, было бы неверным рассматривать этот документ всерьез, поскольку справка «не соответствует требованиям, предъявляемым к документам». Защитники Ходорковского с ним согласились, но гособвинитель справку вполне одобрил — и бумагу приобщили к материалам дела.
       Дальше рассматривали обращения от средств массовой информации. Их мнение в своей телеграмме выразил председатель Фонда защиты гласности Алексей Симонов: раз уж «процесс Ходорковского и Лебедева привлекает внимание общественности», то просим суд изыскать возможность, чтобы в зале судебных заседаний журналисты установили микрофоны — так происходящее внутри будет слышно снаружи. Поступило предложение организовать прямую трансляцию заседания в другой зал или в коридор суда, где газетчиков и телевизионщиков пруд пруди. Журналисты предложили взять на себя все расходы. «Максимальная гласность в интересах не только СМИ, но и всего общества», — поддержал инициативу адвокат Генрих Падва.
       Гражданские истцы против технического прогресса не возражали, но напомнили, что «принятие мер по трансляции не должно отвлекать участников процесса». А вот прокурор Шохин решительно восстал, сообщив, что подобные проявления гласности «противоречат уголовно-процессуальному закону».
       Посовещавшись, судьи решили, что «для трансляции нет технической возможности», а воспользоваться помощью журналистов Мещанский суд не вправе, так как «финансирование судов, согласно закону, производится только из федерального бюджета». И вообще идея эта плохая, так как «не соответствует УПК».
       
       
Перерывов в тот день было много. Адвокаты что-то оживленно обсуждали со своими клиентами. Охрана скучала. Секретарь суда, таинственно поглядывая на присутствовавших, поминутно исчезала за дверью с табличкой «Совещательная комната. Без вызова не входить».
       Возмутился адвокат Евгений Бару, заявивший, что «Мещанский суд отказался освободить из-под стражи Платона Лебедева, и защите пришлось изыскивать дополнительные доказательства несоответствия его содержания под стражей. В деле много материалов, свидетельствующих о наличии у Лебедева хронических заболеваний. Известно, что в Басманный суд Лебедева сопровождал врач из санчасти СИЗО, а однажды пришлось даже вызвать туда «скорую».
       «Суд удовлетворил ходатайство, основываясь на медицинских документах четырехмесячной давности, — продолжил Бару. — Консилиум врачей, собравшийся в марте, указал на необходимость диеты и медикаментозного лечения. Администрация СИЗО эти рекомендации проигнорировала. Адвокаты при посещениях отмечают его истощенность, он говорит об одышке и о боли в правом боку. В весенне-летний период в СИЗО действуют ограничения на передаваемые заключенным продукты, поэтому единственный доступный Лебедеву диетический продукт — самодельная простокваша». В заключение Бару заявил, что расценивает действия властей как оставление в опасности.
       Сторона защиты представила суду медицинское заключение о состоянии здоровья Лебедева, составленное в июне 2004 года Джоном О'Грэйди, известным британским специалистом по болезням печени. Английский медик, в частности, указал на необходимость полного обследования в специализированном медицинском учреждении и отметил, что заболевание может иметь серьезные последствия — например, развитие рака печени.
       Ссылаясь на этот документ, Евгений Бару попросил освободить Лебедева, изменив меру пресечения на любую, кроме содержания под стражей, а также отложить судебное заседание до получения результатов независимого медобследования.
       Михаил Ходорковский, поддержав адвокатов, пообещал «найти в России приемлемых для суда и гражданского истца гарантов» для того, чтобы Лебедева все же освободили: «Мы — цивилизованная страна, из-за денег лишают людей здоровья и жизни только преступники, а общество и государство, которое представляет суд, ставят жизнь выше денег», — сказал Ходорковский.
       Представители МНС — гражданский истец — к нему не прислушались, заявив, что освободить Лебедева никак нельзя, поскольку медицинское заключение британского врача «составлено только по документам, без осмотра», а представленные защитой материалы «не подтверждают его квалификацию». К тому же «суд не решает вопросы о назначении лечения, этим занимаются врачи СИЗО, а им можно верить».
       Прокурор Шохин произнес получасовую речь, возражая «против приобщения бумаг, якобы содержащих медицинские документы о здоровье Лебедева, поскольку есть все основания сомневаться в их достоверности». Суть ее была такова: «Специалисты медчасти СИЗО, обладающие достаточными познаниями в области медицины, давали клятву Гиппократа, в связи с чем даже не приходится сомневаться в том, что в случае необходимости проведения медицинского обследования Лебедева они способны провести его на должном уровне».
       Далее гособвинитель заявил, что «Лебедев может скрыться от следствия и суда, воспрепятствовать производству по делу, оказать влияние на свидетелей. О правильности этих выводов свидетельствует то, что лица, подозреваемые в совершении аналогичных преступлений, от органов скрылись. Лебедев имеет международные связи…».
       Платон Лебедев, с трудом встав и держась за решетку, дал резкую отповедь гособвинителю. Судьи задумались и объявили перерыв. Он длился более часа: потом выяснилось, что судьи совместили обсуждение с обедом. Вернувшись после приема пищи, отказались выпустить Лебедева.
       
(Фото — EPA)       
Адвокаты на этом не успокоились — заявили новое ходатайство: их клиенты содержатся в СИЗО незаконно, потому что мера пресечения в виде содержания под стражей им до сих пор не назначена в результате открытого судебного разбирательства с участием сторон, как этого требует УПК, Конституция России и европейские правовые акты.
       Ссылки на Европейскую конвенции о правах человека не произвели большого впечатления на суд. Когда Лебедев попросил признать, что его права, предусмотренные международным правом, нарушаются, судья Колесникова уточнила: «Кем нарушаются?». Лебедев, явно озадаченный, ответил: «Государством и его должностными лицами <…>. Прокурор никогда не предъявлял доказательств необходимости моего ареста — он только зачитывает статью УПК, которая предусматривает условия содержания под стражей. Поэтому я прошу суд истребовать у прокурора эти доказательства и изучить их прямо сейчас».
       Далее Лебедев рассказал о медобслуживании в СИЗО «Лефортово». Оказалось, что после его многочисленных жалоб началось обследование, а не лечение, и результатами этого обследования пользовались все, в том числе английский врач Джон О'Грэйди.
       «Консилиум 2 марта 2004 года не опроверг наличие у меня заболеваний, — сказал Лебедев. — На самом деле меня никто не лечил, так что слова гособвинителя о клятве Гиппократа пусты. Вообще с 21 февраля все мое лечение ограничивалось таблетками папазола. Прокурор и истец, говоря о медсправке из СИЗО, очевидно, имеют в виду, что к ней приложены копии дипломов, подтверждающих квалификацию врачей, в то же время документ известного иностранного специалиста игнорируется. Но специалист, приглашенный прокуратурой для проведения консилиума, основывался на тех же данных, что и английский врач».
       Михаил Ходорковский согласился: «Прокуратура не смогла представить доказательства необходимости ареста ни разу. Как же можно после этого называть арест «исключительной мерой»? Удивляет позиция гражданского истца. Гаранты нашлись, если бы захотел истец. Странная позиция… Она выпукло показывает сущность процесса».
       
       
Адвокат Ходорковского Каринна Москаленко дополнила рассказ Лебедева: «Европейский суд по правам человека принял решение о рассмотрении жалобы Лебедева в приоритетном порядке. В Страсбурге находятся много дел о нарушении Россией права на жизнь… Это происходит потому, что клятва Гиппократа не спасает людей в российских СИЗО».
       Обстановка в зале накалилась. Прокурор Шохин, еле сдерживаясь, заявил: «Защита позволяет себе аргументацию, умаляющую авторитет судебной власти в Российской Федерации. Достойно небывалого удивления позиция защиты, что вступившее в законную силу решение суда защита позволяет себе именовать «незаконным»! Защита предлагает суду первой инстанции признать незаконным решение суда кассационной инстанции. Порадовала искренность Михаила Ходорковского, который происходящее назвал «занятием ерундой». Решение вступило в силу, да и без того установленные судом обстоятельства не оставляют никаких сомнений в их подлинности. Суду были переданы достаточные и достоверные доказательства… Это очевидно любому профессиональному юристу!».
       Лебедев возразил: «Сожалею, что здесь отсутствует состав Пленумов Верховного суда и Конституционного суда, так как у прокурора была бы возможность разъяснить им правильное толкование законов… Вынужден напомнить также, что в Европейской конвенции есть норма, которая называется: «Запрещение лишения свободы за долги…». В довершение Лебедев предложил дать прокурору Шохину копию постановления Конституционного суда, запретившего рассматривать вопрос об оставлении под стражей в отсутствие обвиняемого и его адвокатов. Но все эти аргументы на суд и прокурора никакого воздействия не возымели.
       Заседание закончилось после семи вечера.
       Утром 13 июля журналистов в суде было немного. Неожиданностей не предвиделось. Судья зачитала ответ на вчерашнее ходатайство защитников Лебедева: все происходящее никоим образом не нарушает ни Европейской конвенции о правах человека, ни российской Конституции, ни УПК… Чего и следовало ожидать в процессе, где прокурор — истина в последней инстанции.
       
       Игорь КОВАЛЕВСКИЙ
       
15.07.2004
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

№ 50
15 июля 2004 г.

Обстоятельства
Крепить охотные ряды!
Власть и люди
Государство не застраховало нас от терактов, зато застраховалось от претензий их жертв
Отдельный разговор
Неученье — тьма, а ученье — голод
Правительство борется с «переизбытком» студентов в стране
Месторождение людей. Спецкор «Новой» пишет письмо в собственную газету
Людмила Вахнина: Призыв студентов станет ударом по обороноспособности страны
Образование
Трудятся, как пчелы: берут взятки
Суд да дело
Михаил Ходорковский: Прокуратура не смогла доказать необходимость ареста
Не все суды — «басманные». Чем дальше от Москвы, тем, как правило, меньше засилья политики в судах
Подробности
Обвинения, предъявленные Аяцкову, взвалили на его жену
Водочное лобби доводит до инфаркта
Новости партийного строительства
Лимоновцы-
помидоровцы

Болевая точка
Не паркетный генерал. Один эпизод из жизни командующего внутренними войсками
Выборы в Чечне по-прежнему невозможны
Мир и мы
Кроме Путина спасать гражданку Словакии, похоже, некому
Первые лица
«Ковбой-френды». Размышления после лондонской премьеры фильма-сенсации этого года «Фаренгейт 9/11»
Власть
А босс и ныне там. За четыре года после критических публикаций Игоря Домникова о Липецкой области в кабинетах руководства сменились только портреты
Власть и деньги
Бизнес должен налоговикам полтора триллиона рублей
Финансы
Сезон охоты на любителей «капусты». Почему в России на ровном месте случился банковский кризис
Кризис остановлен?
Навстречу выборам
Владивосток может остаться без мэра
Винни-Пух разбушевался?
Телеревизор
Четвертый? На первый-второй рассчитайсь!
Как НТВ превращают в одну из кнопок на государственном пульте
Арарат: в поисках Ковчега
Свидание
Алла Демидова: В прошлой жизни я была актером в Древней Греции
Театральный бинокль
Большой театр перестал жить мифами из собственной истории
Авиньон-2004. Театр шоковой психотерапии
Кинобудка
«Ночной дозор» — первая русская «Матрица» для бедных
Спорт
Футболисты липнут к нефти и продаются вместе с ней
Вольная тема
Современные лозунги. О чем кричит загадочная русская душа?
К сведению…
И снова Дельфийские игры!

АРХИВ ЗА 2004 ГОД
95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 35-36 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2004 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100