NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

«ГРУША», КОТОРУЮ НЕЛЬЗЯ СКУШАТЬ
Смысл самого знаменитого фестиваля авторской песни в том, что он есть
       
(Фото Яна Тахтарова)
      
       
Вот есть у Штатов Вудсток. Вернее, был. По его поводу сняты десятки фильмов и написано множество литературных произведений. Про Грушинский с его ежегодным населением (от 130 тысяч, как на этот раз, до трехсот, как в позапрошлом году) ничего подобного нет, хотя мероприятие в чем-то не менее культовое, не менее массовое и не менее значимое.
       Похоже, мы еще не осознали в полной мере, чем обладаем. Похоже, привыкли. Наступает лето — значит, Грушинский обязательно будет. И острее всего ощущаешь его отсутствие, когда остаешься без него. Чаще из-за собственных проблем, но бывало за почти 40-летнюю историю существования фестиваля и иначе.
       
       
Закрывали фестиваль один раз, но плотно — со стерильно-маразматического 80-го по переломный 85-й. За это время сменились три генсека, в момент закрытия умер Владимир Высоцкий, а человек, бывший душой Грушинского, не дожил до его возобновления два года. Я о Юрие Визборе, чье 70-летие отмечалось совсем недавно и которому на фестивале подыгрывало все, даже показавшийся над ночными Жигулями самолет точнехонько на строчке «и все это происходит, когда самолет наш мчится…».
       В 86-м Грушинский, собственно говоря, открыл новую эпоху в жизни страны. До первого упоминания в официальной печати имени Александра Галича оставалось полгода, еще далеко было до обложки «Огонька» с Окуджавой, а Грушинский уже воспарял.
       Может быть, лучше фестиваля не было. Распахнулись небеса и души, ранним воскресным утром джем-сейшн на тропе собрал, наверное, не меньше полутысячи человек, танцующих в тумане под контрабас и десяток гитар. Это было предощущение счастья.
       Почти двадцать лет с того момента принципиально ничего не изменили — кроме того, что можно все. Хорошо ли это, нам разбираться еще долго.
       
       Свой среди своих
       Есть скептики продвинутые, есть стихийные, которым в принципе дела нет до авторской песни. Претензии, соответственно, тоже разные, как различаются и заблуждения.
       Если объединить все вместе, то получится интересный коктейль. «Чего я там забыл? Толпа — ни встать толком негде, ни послушать кого-то, ни пообщаться по-человечески. Гопников с залитыми шарами все больше, попса кругом. Конкурс консервативен, нового ничего нет, вся эта костровая романтика вот где сидит, от закидонов Бори Кейльмана давно все устали, и, в конце концов, если хочется на волжский песочек с хорошей компанией — кто мешает и без Грушинского?».
       Все так и не так. На Грушинском в принципе можно прожить, практически не заметив ни толпы, ни левых людей, — правда, для этого нужно проявить некоторые усилия и выстроить свой автономный мир внутри этого огромного мира.
       Сейчас на Грушинском можно найти все, что душе угодно. Хочешь — сиди у своего костра, хочешь — гуляй сутки напролет. Хочешь — слушай классику авторской песни, хочешь — этноджаз, хочешь — акустический рок. Не нравится одно — выбирай другое, не любо — вообще не слушай, хотя вообще ничего не слушать не получится.
       А для того, чтобы понять, что происходит «в низах», надо посидеть в жюри первого тура. Я сижу десятый год — и ничего, выжил.
       
       Моя твоя понимает
       Каждый год в среднем слушаешь человек по сто авторов и все лучше понимаешь Игоря Иртеньева с его четверостишием «люблю я авторскую песню», заканчивающимся ненормативной лексикой, но ничего страшного. Во всех что-то есть. Если не песня, то по крайней мере строчка, если не строчка, то по крайней мере судьба, а географически вся Россия (и не только) за два дня перед тобой проходит.
       Вот первые нынешние соискатели — подряд, не выборочно. Юрий Красноперов, деревня Конец-Бор Краснокамского района Пермской области. Сидит он у себя в Конце-Боре и пишет, к примеру, о российском президенте: «он же городской, с Питера — ладно, наливай спиртика». Сам, впрочем, совсем не пьет.
       Молдаванин по фамилии Трофим из Нарьян-Мара, далее Иркутск, Симферополь, Архангельск, Самарканд...
       И вот инженер-теплотехник из Саратовской области. 33 года стажа на полюсе холода в Оймяконе, до сих пор оттуда звонят и песни заказывают, он и сочиняет: «Я в столице ненадолго, и в запасе нет ни дня, молча ты сидишь напротив, грустно смотришь на меня. Мы в гостинице «Измайлово», семнадцатый этаж, а внизу Москва сверкает и клубится, как мираж». На строчке «мне бы дали голубые» я сам начинаю клубиться, как мираж, но это еще ничего.
       Пик был лет пять-семь назад. То пойдут косяком люди в камуфляже и с соответствующей тематикой, следом сектанты со своими песнопениями числом в двадцать номеров и желанием сделать всех счастливыми непременно по их образцу; и тут же серьезные мужики в наколках и с неистовым блеском в очах, искренне не понимающие, почему ребятам на зоне их песни нравятся, а здесь не пускают.
       Этим категориям ничего объяснить невозможно.
       Когда совсем одуреваешь, слышишь звук чистый и ясный, и каким бы ни был состав нашего очередного маленького коллектива, все готовы просто слушать. И собираются вокруг люди, и ты сидишь почти счастливый и понимаешь, что вот Эдуард Двухименный из Алматы непременно станет лауреатом, и Оля Чикина из Рязани будет названа первой в лауреатском списке, и опасения ее продюсера, идеолога движения «Антибард» Владимира Розанова, совершенно напрасны. Да, никакой костровой и иной романтики в помине нет, но мироощущение, музыка, тембр… Потом слушаешь уже со сцены еще одно из открытий 31-го фестиваля — Олега Новосельцева из Нижнего Новгорода, и опять же скороговорочный ритмичный рэп ничему в принципе не противоречит.
       Некий прорыв произошел — столько разнообразно талантливого народа за последние десять лет не было.
       
       Закон контрапункта
       Ментальность страны и законы существования жанра «чистого искусства» не приемлют. Ну сложилось так, и все. Элемент сопротивления — идеологии, пошлой эстраде, обывательскому образу жизни, да чему угодно в сущности, — и породил феномен жанра авторской песни в советском (или антисоветском?) его варианте. Когда эта энергетика была почти утрачена, показалось, что жанр умирает вместе с бывшей страной, а в мировую музыкальную культуру он никак не интегрируется по причинам своей специфичности. Но, с одной стороны, государство расслабиться особенно не дает, а с другой — есть о чем рассказывать молодым людям посредством музыкального инструмента. С музыкой, кстати, все лучше. Со словами и властителями дум сложнее, но и время нынче другое.
       Эдик Двухименный сделал признание, стоящее дорогого. Когда я попросил спеть для второго тура что-нибудь попроще и повеселее, ответил: «Понимаю, что это нравится публике, но — не можем, выросли. Стыдно…». Такого я не слышал давно.
       Молодым была дорога отчасти и потому, что хранителей было как никогда мало. Жюри возглавлял Вадим Егоров, из старейшин присутствовали лишь Валентин Вихорев и Борис Вахнюк, да и среднее поколение по причинам разного характера было представлено не очень широко. Это заставило поменять формат главного концерта, после которого его администратор Егор Комоцкий вполне мог гордиться проделанной работой.
       
       Соловьи и вороны
       …Наш лагерь затихает только с соловьями, как и весь Грушинский, дальше пару часов для ворон (в человеческом обличье — тоже). Отребья на фестивале всегда хватало, сейчас его все же поменьше, но, чем дальше к периферии, к Волге, тем гуще мат и противнее рожи. Тоже люди, конечно, но приезжают не за песнями, а понятно за чем, совсем избавиться невозможно, никакой фейс-контроль и служебные собаки не помогут (хотя количество изъятой марихуаны, признаться, впечатлило — 7 кг).
       На фестивале хватает грязи, но замарать Грушинский невозможно. Как весеннее половодье сносит весь мусор и каждый год пространство является перед нами обновленным, так и сам фестиваль стряхивает все наносное. Свой момент счастья может найти каждый.
       Главное, чтобы был сам Грушинский.
       
       Владимир МОЗГОВОЙ, спец. корр. «Новой»,
       член жюри фестиваля Самара
       
08.07.2004
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

№ 48
8 июля 2004 г.

Специальный репортаж
Под Челябинском втайне от народа построили наземное ядерное хранилище
Власть
Социологи заметили: тефлоновый рейтинг президента начал пригорать. Где Путин поцарапался?
Власть и люди
Когда президент вроде бы и хочет, но все равно не может
Марийская милиция буклетов не берет
Обстоятельства
Грипподром. За Кубком президента скакали больные лошади
Точка зрения
Евгений Ясин: У нас нет серьезного спроса на закон
Новая мораль: власти достаточно нефтяной халявы, и ей не нужны созидающие люди
Новости компаний
«ЮКОС» тянут в разные стороны, но к одному результату
Черные мантии бывают не только судейскими
Как украсть кусок Москвы. Захватчики среднего бизнеса берут пример с действий государства?
Инострания
Почему президентом США не станет демократ
Мир и мы
Франция закрывалась по психологическим причинам
Болевая точка
Лиза Умарова: Грозный — город-герой
Тупики СНГ
Нашла коса на остров. Тулза год спустя
Отделение связи
«По Абхазии с Искандером». Из «неполитических заметок» все же не удалось вытравить политику
Цена закона
Отчет о деятельности Госнаркоконтроля за год: животные умирают, люди боятся
Финансы
В сейфе Пенсионного фонда лежат девять миллиардов бесхозных рублей
Центробанк шагает к очередному дефолту?
Расследования
Организация убийства Галины Старовойтовой обошлась в 10 тысяч долларов
Подробности
На похоронах космонавта народу отвели дальнюю орбиту
Реакция
«Конспиративная дача». Без комментариев
Технологии
К месту гибели легендарного парохода «Челюскин» отправляется полярная подводная экспедиция
Спорт
Греческий орех. Как без баснословного бюджета и рекламных звезд добиться чуда
Обзор рынка игроков и клубных кошельков перед вторым кругом чемпионата России
Телеревизор
Намедни на НТВ чистили сетку
«Газпром-Медиа» затеял кадровые перестановки
Свидание
Митьки без портвейна
Кинобудка
Богдан Ступка: Власть меняет лица
Музыкальная жизнь
«Груша». Смысл самого знаменитого фестиваля авторской песни в том, что он есть
Вступить бы нам в мальтийский орден…
Культурный слой
Все свободны, особенно — «звезды»
Киркораоке. Политика как частный случай шоу-бизнеса
Сюжеты
Как в белую ночь добавили огня

АРХИВ ЗА 2004 ГОД
95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 35-36 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2004 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100