NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

ЛЮДИ С АМПУТИРОВАННЫМИ ЧУВСТВАМИ
В день рождения Ильича состоялась премьера фильма Карена Шахназарова «Всадник по имени Смерть»
       
(Фото — ИТАР-ТАСС)
     
       
Местом события продуманно избран кинотеатр «Пушкинский» (прежде «Россия») — зал главных (прежде всесоюзных) премьер. Дабы подчеркнуть значимость исторического момента, фильм представлял сам Михаил Швыдкой (прежде министр культуры). Он провозгласил долгожданное возвращение Большого кино, снискавшего славу советским фильмам.
       
       
Карен Шахназаров и его постоянный соавтор Александр Бородянский экранизировали повесть «Конь бледный» некоего Ропшина. Но кто не знает, что за псевдонимом сим скрывался Борис Викторович Савинков? Один из руководителей партии эсеров, «генерал от террора» в 1909 году сочинил историю — не без влияния декаданса и модного в ту пору «прикладного ницшеанства».
       Дневниковые записи профессионального террориста Жоржа — человека с ампутированным чувством сострадания — повествуют о подготовке и проведении «мероприятий» его боевой группы по устранению генерал-губернатора. Вымысел тонет в подробностях мемуарного характера (Савинков был организатором в феврале 1905 года убийства великого князя Сергея Александровича). Это история террора, повернутая зрачками внутрь явления. Среди достоинств небезупречного (с точки зрения литературы) произведения — его исповедальное начало и потрясающе точные подробности загадочного бытия убийц по убеждениям.
       В книге Савинкова герой — злодей, романтически рефлексирующий внутри черного плаща выдуманного образа. Он — кара и возмездие, «право имеющий». Смерть его — «венец и терновый венок». Заметьте, не жертвы. Убийцы. Жорж с презрением рассматривает из мансардного окна черных муравьишек-людей, копошащихся в мелкой злобе дня. И когда соратник Федор, озирая сытую публику в ресторане, с пролетарской прямотой заявляет: «Бомбой бы их всех!» — Жорж согласен. И в этой своей готовности к «крайности» ничем не отличается от смердяковского «все позволено». «Бомба — вот наше право! Бомба — вот наша обязанность» — народовольческий девиз, похоже, стал знаменем террористов всех времен.
       Андрей Панин — виртуоз, играет, не хлопоча лицом. Эмоции, желания прячутся за маской внешней бесстрастности. Жаль, Панину играть особенно нечего. В отличие от литературного прототипа его герой практически не переживает метаморфоз на протяжении действия. Мы встречаемся с холодным циником, всадником смерти, ощутившим себя возмездием существующему строю.
       В финале нам напомнят о пути самого Савинкова, завершившего жизни круг во дворе (лестничном пролете?) Лубянки. Жорж болен смертью с самого начала, воспаленно желая лишь одного: «огня и озера огненного» генерал-губернатору. А заодно — всем вокруг. Казнить, не миловать.
       Авторы фильма теряют прошлое Жоржа, тюремное заточение, в котором он преступил порог интереса к жизни, шагнув в зону мертвого равнодушия. На экране с первых кадров — маньяк с ледяной выдержкой. Постепенно гибнут соратники по убийству. Вертится вокруг боевой группы скучная карусель жизни. В финале книги герой полностью приходит к пониманию, что и террор — игра марионеток, ложь и суета. Убийство опустошает, лишает единственной связи с жизнью — привязанности к замужней даме. Как истинно романтический герой, Жорж решается на самоубийство. Вот итог призванного «умерщвлять мечом».
       В фильме — сплошная статика. Между появлением персонажей на экране и уходом на погибель скучные разъяснения на тему: зачем убивать? Диалоги грешат схематичностью (частично проистекающей из самой повести, частично умноженной сценарием). Психологически достоверно оправдывает свою героиню лишь Ксения Раппопорт. Несчастную Эрну угораздило полюбить ледяного отморозка Жоржа. Ради неплодотворной любви она готова даже набивать бомбы смертоносным динамитом.
       Бородянскому не удалось перевести на экран дневниковый монолог повести. Закадровый голос нарочит, неорганичен. Будто догадывается: его слушают зрители. Им он объясняет: «Я сплю с Эрной, но думаю об Елене». Порой возникает не предполагаемый комический эффект. В драматичной любовной сцене Эрна молит Жоржа: «Скажи, что любишь». Он вдумчиво отвечает: «Завтра к утру должны быть готовы бомбы». Самое любопытное у писателя Ропшина (по совместительству террориста Савинкова) — постоянный внутренний диалог жертвы и убийцы — в фильме растекается ненужными подробностями.
       Шахназаров концентрируется на крупном плане, сосредотачиваясь на психологической мозаике повести. Но чрезмерный грим (темно-коричневый тон у главного героя, подведенные глаза у скромного верующего Ивана, накладная борода у Великого князя) встает на пути готового было довериться зрителя. Из крупного лучше всего вышла брусчатка. Настоящая, перепачканная глиной и грязью. Ее положили в монументальных мосфильмовских декорациях, не сооружавшихся на студии с докапиталистических времен. Улицы и переулки с канавками. В канавках вода. «Магазин чаевЪ», лавки, витрины с товарами, уличные торговцы с лотками, на которых папиросы, почтовая бумага (под бумагой — револьверы). Днем декорация смотрится театрально, вечером при свете газовых фонарей — почти натурально.
       Огромная пестрая массовка в увеселительном саду Тиволи. Живописный канкан в красных колготках а— ля Лотрек. Рыжие пучки почти на лбу. Выпученные глаза и зазывный визг танцовщиц. Это образ хмельного разгула, разочарованной неудавшейся революции порочной России.
       Окружение Жоржа, члены его группы на этом фоне смотрятся бледными тенями: рабочий Федор, невыразительный студент Генрих, истово коверкающий веру Иван. Почему пришли в террор? На протяжении всего фильма они выясняют это друг у друга, конспективно излагая личное оправдание. Для одного — террор равен революции. Для другого — месть за убитую жену. Для третьего — итог веры. Иван решается напомнить забывшим про бога людям… убийством. И лишь один Жорж не ищет оправдания: «Я так хочу».
       У террориста нет семьи, любви, имени. Для него террор — победа личности над прогнившей системой. Но вся эта подоплека в фильме носит декоративный характер. Фильм лишает себя возможности стать анатомией терроризма. Потому эпилог — цитата из Откровения Иоанна Богослова (на него опирается повесть Савинкова) «…И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя смерть; и ад следовал за ним…» — выглядит случайно пришитым к фильму. Но есть в повести эпиграф, который мог бы стать ключом к решению картины: «Кто ненавидит брата своего, тот находится во тьме, и во тьме ходит, не зная, куда идет, ибо тьма слепила ему глаза». Ибо это история ненависти — как всепоглощающей, необъяснимой силы.
       Среди удачных эпизодов — проезд кортежа Великого князя, того самого, что обязан, по мнению террористов, быть убитым. Рапид. Стук копыт близится на крещендо издали чугунным гулом, как гром, как замедленная барабанная дробь в цирке перед смертельно опасным номером. Вот бы эту интонацию инфернальности происходящего распространить на всю картину. Мог бы выйти настоящий исторический триллер, редкий гость в российском кино. Ведь и всенародно признанная «Операция «Трест» была историческим детективом.
       Стоит поговорить о стиле. Действительно за исключением «…Цирюльника» российское кино на протяжении более чем десятка лет было отключено от полноценного финансового энергопитания. «Большой стиль» отечественного кино впал в клиническую смерть. Сегодня режиссер Карен Шахназаров, будучи по совместительству директором концерна «Мосфильм», пытается его реанимировать. Дело благое. Но трудное. Кинематограф большого стиля — вершина айсберга, имя которому отлаженная киноиндустрия. Наша индустрия кино вновь находится в зачаточном состоянии. Дело не только в деньгах. Системный кризис разладил составляющие кинопроизводства, успели деградировать все профессиональные цеха. Сейчас приходится эти опоры кино строить чуть ли не заново. Осуществлять строительство в военной ситуации съемок непросто.
       К тому же снимать сегодня историю, разворачивающуюся в Москве столетней давности, — дело неблагодарное. Нет той Москвы. В отличие от иных, более везучих столиц, наша — замучена перестройками, нелепыми архитектурными новшествами. Пришлось в соответствии с законами большого стиля строить монументальные декорации. С настоящей брусчаткой. Брусчатка — кто не понимает — в этом фильме главное. Она и есть основа будущего большого стиля российского кино, про которое говорил прежний министр культуры Михаил Швыдкой.
       
       Лариса МАЛЮКОВА, обозреватель «Новой»
       
29.04.2004
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

№ 30
29 апреля 2004 г.

За рулем
Присоединяйтесь к акции «Серебряного дождя» «Белый платочек»!
Мини-рейд по выявлению протестных настроений
Подайте иск к правительственному кортежу
«Антинародный» автомобиль. Премьера Фрадкова можно поздравить…
Расследования
Дело о нападении на Германа Галдецкого пытаются замять
Офицерам не дали времени для подготовки «острого мероприятия»
Закрыто дело о радиационном облучении 12 человек
Последний бой подполковника Жмаковского
Суд над адмиралом Сучковым вынесет приговор главкому Куроедову?
Как украсть декретный отпуск
Обстоятельства
Комитет Госдумы по безопасности вежливо отклонил письмо первого замгенпрокурора Бирюкова
Болевая точка
Несмотря на позицию руководства Чечни, прокуратура покрывает военное преступление
Отдельный разговор

ПРИМИ УЧАСТИЕ В ПЕРВОМАЙСКОЙ АКЦИИ «ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО ПРОТИВ ПОЛИЦЕЙСКОГО ГОСУДАРСТВА»!
Григорий Явлинский: Что происходит и где пытаться искать выход?
Хроника борьбы с молчанием
Опасность для государства и общества
Лукавые выборы
«ЯБЛОКО» станет центром притяжения всех демократических сил
Куда провалилось движение «ЯБЛОКО» без Явлинского»? Судьба провокатора
Социальная контрреволюция. Логика поэтапного отказа государства от социальных обязательств
Общество
Наталья Тихонова: Ненависть к богатым в России — миф
Власть и люди
Фонд имущества Ростова продал общежитие вместе с жильцами
Власть
Транспортник вышел на связь
Власть и деньги
Произвольно отнимая у нефтяников ренту, власть лишает страну исторического шанса
Новости компаний
Тараканьи бега сомнительных акций
СОБР поскользнулся на масле
«Роснефть» смогла вернуть государству уведенные активы
Инострания
Если американцы уйдут из Ирака, хуже будет всем
Американцам в Ираке по-настоящему плохо
Мир и мы
Россия признала расширение Европейского союза
Тупики СНГ
На Украине состоялась генеральная репетиция президентских выборов
Регионы
Ижевские хлебопеки гасят печи
В Саратове установили памятник «Корове Пржевальского»
Специальный репортаж
Эмиграция из России стала бизнесом, где крутятся миллионы. Из России — с «Любовью»
Люди
В Заполярье живет переводчица с космического языка
Сюжеты
Из Чернобыля я увезла мои 5 бэр
Исторический факт
1991 год. Судебная реформа в РСФСР. Она осталась только в тексте Конституции
Точка зрения
Александр Бушков: Петр I — выродок и убийца
Свидание
Юрий Любимов: 40 лет поверх барьеров и впереди трамваев
Библиотека
Анатомия бестселлера
В издательстве «ПанЪинтер» вышла уникальная книга
Юрий Рост. «Таль»
Юрий Рост. «Рыбаки»
Кинобудка
Люди с ампутированными чувствами
Театральный бинокль
Мариинский театр готовится к 100-летию Баланчина
Спорт
Игра на поражение
Бугры на поле – 2

ВНИМАНИЕ!
Следующий номер
«Новой газеты»
выйдет 6 мая 2004 г.

АРХИВ ЗА 2004 ГОД
95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 35-36 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2004 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100