NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

Юрий ЛЮБИМОВ:
40 ЛЕТ ПОВЕРХ БАРЬЕРОВ И ВПЕРЕДИ ТРАМВАЕВ
       
(Фото Юрия Роста)       Беседа с Юрием ЛЮБИМОВЫМ в юбилейные дни вызывает странное чувство. Даже герои Дюма «двадцать и еще десять лет спустя» устали до предела. Но выучка Театра на Таганке оказалась прочнее мушкетерского братства. Романтический и героический, яркий и щеголеватый эпос русского театра XX века хранит свою легенду и внутреннюю энергетику уже 40 лет.
       …И мэтра слушаешь с острым, почти детским интересом. Как маршала д'Артаньяна.
       
       — Какие годы из этих сорока были для вас самыми легкими?
       — Легко не работается никогда. Главные неприятности начались после смерти Владимира Высоцкого. Спектакль его памяти запретили. Тогда к нам на Таганку буквально ворвались, содрали портрет Володи в траурной рамке, стали срывать цветы. Собравшиеся у театра люди кричали им: «Фашисты, фашисты…». С запретами Таганка встречалась неоднократно. Запрещали «Живого» Бориса Можаева, «Берегите ваши лица« Андрея Вознесенского, «Бориса Годунова»… И снести театр хотели — было и такое. Однажды даже машина с шаром приехала. Артисты тогда не ушли из театра: «Ломайте с нами!». Много чего было за 40 лет — и увольняли, и лишали, и стены в моем кабинете с автографами и стихами требовали закрасить. Это когда Гришину не понравились строчки Вознесенского: «Все богини — как поганки перед бабами с Таганки».
       В перестройку у меня театр просто отняли. Интересно, что отняли коммунисты, но уже под прикрытием демократов. Они не имели на это права. Во-первых, театр — не личная собственность, а во-вторых, он строился как единый ансамбль. Таким образом, была испорчена архитектура, а нас лишили возможности спокойно работать. Про творчество я не говорю, я туда не хожу и им не судья.
       — Вам не обидно, что театр уже не зовет народ под свои знамена?
       — По всей России нет сегодня такого форпоста, может, он где-нибудь в сумасшедшем доме. Абсолютно не обидно, я не люблю никакие знамена. За каждым знаменем стоит много крови. Мы удивительные люди. Я люблю говорить эту фразу и вам скажу: разве в Германии могут стоять повсюду гитлеры? Могут стоять изображения адольфов? А мы мечтаем снова Дзержинского в центре столицы водрузить. Это полный бред.
       — Как изменилась публика за 40 лет?
       — Мои спектакли долговечны: идут по двадцать, тридцать, даже тридцать пять лет. Оперные постановки — по десять—пятнадцать лет. Я не понял сути того, что назвали перестройкой, поэтому не перестраивался.
       А зрители — разные. То поколение, которое любило раннюю Таганку, приходит теперь с детьми и даже внуками. Звонки забавные в театр порой случаются: «Обнаженка есть? С дамой можно смотреть? Оставьте четыре билета подороже». Раньше такого не было, конечно.
       — В театре обновилась труппа, расширился репертуар. Что осталось неизменным?
       — Мышление, язык и стиль Таганки, в основе которых — мне хотелось бы так думать — поэзия. Уже через год после создания театра я поставил «Антимиры» Андрея Вознесенского. В том же 1965 году появились «Павшие и живые» по стихам Гудзенко, Когана, Багрицкого, Берггольц и Самойлова. Затем на нашу трибуну вскарабкался Маяковский. Из последних спектаклей театра — «Фауст» и «Евгений Онегин». «Онегин» получился задиристым и хулиганским, как и сам великий поэт, из которого у нас, к сожалению, сделали икону и насаждают, как когда-то Екатерина картошку в России.
       Среди героев спектакля «До и после» — Ахматова и Мандельштам, Блок, Белый и Гумилев. Из современников — Бродский и Вознесенский. Их поэзия трогает любую нормальную душу. Так же как стихи обэриутов, которые вообще-то мало кому пока известны, к сожалению. Я сейчас как раз закончил работу над «обэриутским» спектаклем — «Идите и остановите прогресс».
       Передача поэтического опыта — великое таинство, «рукоположение». Хармс и Введенский, придя на прием к Малевичу, сняли перед его кабинетом башмаки и вошли босиком. А Малевич стал перед ними на колени и сказал: «Я старый безобразник, а вы молодые. Посмотрим, что получится». Нам не дано было понять Малевича, подарившего Хармсу свою книгу «Бог не скинут» с надписью «Идите и останавливайте прогресс».
       — Что, с вашей точки зрения, сейчас происходит с российской культурой и что ждет ее и нашу страну в будущем?
       — Самое страшное, что никто никому не нужен. Раньше говорили «до лампочки». Это беда не только России, а всего мира. А чего стоит только одна бредовая идея переезда на Марс или Венеру? Значит, здесь, у себя дома, так все загадим, что придется отсюда бежать, что ли? Надо научиться хотя бы мыть и чистить за собой, чтобы не было разрухи. В наших школах теперь не висят портреты коммунистических вождей, но по-прежнему пахнет туалетом, как в старые добрые времена. И не только в школах. В «Шереметьеве» выходишь из самолета — и сразу дух тяжелый. Как в анекдоте: «Это наша Родина, сынок». И не нужно меня обвинять в том, что я не люблю свою страну. Мне просто чужд казенный пафос. Можно сколько угодно кричать о своем величии, только криками его не возродить. Это будет блеф.
       Суровое сейчас время для культуры, а дальше, наверное, станет еще сложнее. Но любая культура во всех ее проявлениях — непредсказуемая вещь. Как здоровье человека, как температура воздуха и вообще погода. Поэтому делать прогнозы — дело неблагодарное. Я лично пророческого дара в себе не ощущаю. Но по своему опыту знаю, что зрители хотя уже и не дежурят по ночам у билетных касс, все-таки наполняют залы. Это обнадеживает.
       — Вы сыграли около двадцати ролей в кино и более тридцати на вахтанговской сцене…
       — Я снимался у Довженко, Александрова, Козинцева. Играл французского летчика в «Беспокойном хозяйстве». Мне посчастливилось видеть живого Станиславского в роли Фамусова в спектакле «Горе от ума». Я работал в театре Мейерхольда… Столько вообще не живут.
       — У вас есть секрет поиска сил?
       — Да ничего специально никогда не искал. Нытье не переношу. Да и грех мне на здоровье жаловаться, оно от деда досталось, ярославского мужика, бывшего крепостного. Смекалистый был мальчишка: помещик его грамоте обучил. Потом дед обзавелся хозяйством, встал на ноги. Ну а потом его, тогда уже восьмидесятилетнего старика, большевики выбросили на улицу. А отец был буржуй, он имел магазины в Охотном Ряду и был очень состоятельным, умел пожить широко и красиво. Шампанского своей лошади он, правда, не заказывал, зато помню, как однажды захотел прокатить меня с ветерком и сказал ямщику: «А ну-ка, обгони «Аннушку!» — «С наследником едете, Петр Захарович? Сейчас сделаю!» И конечно же легко и со свистом обошел трамвай. А спустя годы как сын лишенца я не попал в институт и поступил в ФЗУ. Чтобы не пропасть, нужно было самому делать себя и свою жизнь. Сделал.
       — Какое значение имеют для вас деньги?
       — Специальной задачи стать миллионером я никогда перед собой не ставил, но люди, умеющие достойно зарабатывать деньги, вызывают у меня уважение. Чем больше богатых людей, тем богаче держава. Хотя большие деньги — это и большое беспокойство: а вдруг опять отнимут и поделят. И соблазны, соблазны… За границей я неплохо получал и как актер, и как режиссер, но для этого приходилось вкалывать, вкалывать и вкалывать. Там у меня по контракту было больше власти, но и отвечать приходилось абсолютно за все.
       — Есть у вас формула счастья?
       — Формулу еще Пушкин изобрел: «На свете счастья нет, а есть покой и воля»… Но для того, чтобы почувствовать себя счастливым, надо много испытать.
       
       Беседовала Евгения УЛЬЧЕНКО
       
29.04.2004
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

№ 30
29 апреля 2004 г.

За рулем
Присоединяйтесь к акции «Серебряного дождя» «Белый платочек»!
Мини-рейд по выявлению протестных настроений
Подайте иск к правительственному кортежу
«Антинародный» автомобиль. Премьера Фрадкова можно поздравить…
Расследования
Дело о нападении на Германа Галдецкого пытаются замять
Офицерам не дали времени для подготовки «острого мероприятия»
Закрыто дело о радиационном облучении 12 человек
Последний бой подполковника Жмаковского
Суд над адмиралом Сучковым вынесет приговор главкому Куроедову?
Как украсть декретный отпуск
Обстоятельства
Комитет Госдумы по безопасности вежливо отклонил письмо первого замгенпрокурора Бирюкова
Болевая точка
Несмотря на позицию руководства Чечни, прокуратура покрывает военное преступление
Отдельный разговор

ПРИМИ УЧАСТИЕ В ПЕРВОМАЙСКОЙ АКЦИИ «ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО ПРОТИВ ПОЛИЦЕЙСКОГО ГОСУДАРСТВА»!
Григорий Явлинский: Что происходит и где пытаться искать выход?
Хроника борьбы с молчанием
Опасность для государства и общества
Лукавые выборы
«ЯБЛОКО» станет центром притяжения всех демократических сил
Куда провалилось движение «ЯБЛОКО» без Явлинского»? Судьба провокатора
Социальная контрреволюция. Логика поэтапного отказа государства от социальных обязательств
Общество
Наталья Тихонова: Ненависть к богатым в России — миф
Власть и люди
Фонд имущества Ростова продал общежитие вместе с жильцами
Власть
Транспортник вышел на связь
Власть и деньги
Произвольно отнимая у нефтяников ренту, власть лишает страну исторического шанса
Новости компаний
Тараканьи бега сомнительных акций
СОБР поскользнулся на масле
«Роснефть» смогла вернуть государству уведенные активы
Инострания
Если американцы уйдут из Ирака, хуже будет всем
Американцам в Ираке по-настоящему плохо
Мир и мы
Россия признала расширение Европейского союза
Тупики СНГ
На Украине состоялась генеральная репетиция президентских выборов
Регионы
Ижевские хлебопеки гасят печи
В Саратове установили памятник «Корове Пржевальского»
Специальный репортаж
Эмиграция из России стала бизнесом, где крутятся миллионы. Из России — с «Любовью»
Люди
В Заполярье живет переводчица с космического языка
Сюжеты
Из Чернобыля я увезла мои 5 бэр
Исторический факт
1991 год. Судебная реформа в РСФСР. Она осталась только в тексте Конституции
Точка зрения
Александр Бушков: Петр I — выродок и убийца
Свидание
Юрий Любимов: 40 лет поверх барьеров и впереди трамваев
Библиотека
Анатомия бестселлера
В издательстве «ПанЪинтер» вышла уникальная книга
Юрий Рост. «Таль»
Юрий Рост. «Рыбаки»
Кинобудка
Люди с ампутированными чувствами
Театральный бинокль
Мариинский театр готовится к 100-летию Баланчина
Спорт
Игра на поражение
Бугры на поле – 2

ВНИМАНИЕ!
Следующий номер
«Новой газеты»
выйдет 6 мая 2004 г.

АРХИВ ЗА 2004 ГОД
95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 35-36 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2004 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100