ЗА ЧТО УВОЛИЛИ ГЕНЕРАЛА КАЗАНЦЕВА?
Если президент снимает с
должности своего полпреда без объяснения причин,
значит, он знает о нем что-то такое, чего народу
знать не положено
Полпред
Казанцев ушел по-английски — не попрощавшись.
Вернее, его ушли. Местные газеты продолжают
публиковать рассуждения политологов о подоплеке
этого события: настала, дескать, пора перенести
акцент с военных задач (прежде всего в Чечне) на
мирные дела, на подъем экономики. В подобную
чепуху, конечно, мало кто верит, народу больше по
душе другая легенда об опальном генерале.
Катался он якобы на кораблике по Черному морю да
не заметил, как прибило судно к чужому берегу.
Задержали его турецкие пограничники, пришлось
звонить по космической связи самому президенту
Путину: выручай, дескать. А президент ему в ответ:
«Выручу, но с сегодняшнего дня ты уволен!». Как
романтично. Увы, в жизни все куда прозаичнее.
Справка
«Новой»
Виктор Казанцев окончил
четыре военных учебных заведения, в том числе
Академию имени Фрунзе и Академию Генштаба.
Командовал в 1999—2000 годах Объединенной
группировкой федеральных сил на Северном
Кавказе. 18 мая 2000 года указом Путина назначен
полномочным представителем президента РФ в
Южном федеральном округе.
9 марта 2004 года указом
Путина освобожден от должности без указания
причины.
В прессе появились
сообщения, что Казанцев может быть назначен
постоянным военным представителем России в НАТО.
Как сообщил наш
собственный корреспондент А. Минеев, в военном
представительстве России при НАТО действительно
грядут замены. Собирается на родину и сам
постоянный военный представитель вице-адмирал
Валентин Кузнецов. Однако никаких имен в
Брюсселе не называют.
В прошлом году приступил к
работе в Брюсселе постоянный представитель РФ
при НАТО Константин Тоцкий. Постпред — это
политическая, дипломатическая должность,
несмотря на военное прошлое Тоцкого. Постоянный
военный представитель находится у него в
подчинении, занимается сугубо военными
вопросами и должен быть действующим генералом
или адмиралом.
Даешь винзавод!
Все было, как в кино: в
кабинет директора завода ворвались вооруженные
налетчики, человек двадцать. Двое мужчин, сам
директор и его юрист, не смогли оказать
сопротивление целой банде. Их долго били: юриста
— ногами по голове, пока не потерял сознание,
директора — по почкам. Его нельзя было совсем
«вырубать» — он должен был подписать долговые
расписки. И он их подписал под дулом пистолета.
Бандиты вскрыли сейф, забрали все документы и
печать завода.
Вообще-то директор и
одновременно хозяин винного завода Бондо
Бабунидзе и адвокат Х. (он попросил не называть в
газете его фамилию) ждали в этот вечер гостей. Не
бандюков, конечно, а партнеров по бизнесу. Самым
уважаемым среди них был Андрей Коровайко —
федеральный инспектор. В аппарате полпреда
Казанцева он отвечал за развитие малого и
среднего бизнеса.
С этим влиятельным
человеком их познакомил некто Нерсесян,
предприниматель «с деньгами и со связями» (так он
по крайней мере представлялся). Бабунидзе как раз
очень нужно было и то, и другое — деньги и связи.
— Наш завод принадлежал
минимущества Грузии, там я его и купил на торгах,
— рассказывает Бабунидзе. — Предприятие я знал
как свои пять пальцев, начал на нем работать
сразу после окончания института. Сначала
экспедитором — возил вино из Грузии, потом
технологом… После развала Союза завод перестал
работать; когда я его купил, оборудование уже
наполовину растащили, крыша текла. Денег на
восстановление не хватало. А тут мой помощник
Вано Ахоишвили познакомил меня с
предпринимателем Нерсесяном и федеральным
инспектором Южного округа Андреем Коровайко.
Коровайко ввел меня в дом Казанцевых. Я бывал там
неоднократно, Тамара Казанцева обещала мне
всяческое содействие в развитии моего бизнеса и
свое покровительство. С Виктором Германовичем мы
тоже беседовали — в его кабинете в полпредстве.
Он тоже интересовался, как идут дела на заводе.
После «наезда» я пытался с ним встретиться,
поджидал его во дворе полпредства. Подошел к
нему, начал рассказывать, что с нами случилось, но
он только махнул рукой: «Да ладно тебе,
перестань!». И пошел. Так меня и не принял… Не
знаю, был ли Казанцев в курсе всего
происходящего, но Тамара, думаю, все знала. Когда
я отказался подписывать написанный Коровайко
новый устав и учредительные документы нашего ООО
«Самтрест», она позвонила мне и сказала: «Если не
подпишешь, я с тобой по-другому поговорю!».
Это было время, когда
газеты наперебой печатали трогательные очерки и
лирические зарисовки о семейной жизни генерала
Казанцева в изложении его второй жены красавицы
Тамары. А толпы журналистов на специально
заказанных автобусах сопровождали ее в поездках
по образцово-показательным детским домам.
Супруга полпреда как раз открыла
благотворительный фонд «Поколению будущего —
нашу заботу». Даже трудно представить, чтобы эти
нежные уста могли произнести угрозу в чей-то
адрес. И уж тем более трудно было принять эту
угрозу всерьез.
«Иуда из Тбилиси»
Как только они
познакомились, Коровайко начал обещать своему
«новому другу» золотые горы в виде инвестиций в
его предприятие и покровительство. За это, по
словам Бабунидзе, он просил отдать 25% акций ООО
«Самтрест». А когда Бабунидзе согласился,
Коровайко принес ему новый устав «Самтреста».
Там черным по белому было написано, что директор
отныне избирается всего на один год, а в случае
его смерти акции не достанутся его наследникам.
Но самое главное: 75% директорских акций не
являются контрольным пакетом. И еще много там
было написано такого, под чем Бондо Арчилович
никак не мог поставить свою подпись. Тогда
«партнеры» пообещали устав и все прочие
документы переделать. Новый вариант директор как
раз и ждал тем роковым вечером 15 января 2002 года. А
дождался бандитов. Командовали налетчиками из
«новочеркасской бригады» Нерсесян и Ахоишвили.
Через полгода Вано
Ахоишвили написал и отнес в главное следственное
управление областного УВД покаянное письмо —
заявление «гражданину следователю». В нем он
утверждает, что участвовать в налете его
заставили, угрожали физической расправой. Бондо
знаком с Вано с детства, когда-то он дружил с его
отцом. Поэтому он пригласил его помочь в делах,
предложил жить у него.
Бабунидзе уверен, что его
помощника просто купили, обещали должность
директора винзавода. Под заявлением в
арбитражный суд «кредиторов» о признании ООО
«Самтрест» банкротом стоит и подпись Вано
Ахоишвили. Для того, собственно, и «наезжали»:
мнимые кредиторы написали заявление в
прокуратуру, где требовали привлечь Бабунидзе к
уголовной ответственности за «мошенничество». К
заявлению они приложили те самые договоры
займов, подписанные под дулом пистолета.
Впоследствии экспертиза подтвердила, что эти
бумаги были состряпаны никак не в 2001 году,
согласно поставленной на них дате, а позднее. И
уголовное дело в отношении Бабунидзе в конце
концов было прекращено.
Третьим в компании
«кредиторов» был некто Рукавишников, брат жены
Коровайко. Славная троица учредила фирму
«Эридан-ЮГ», куда при активном содействии
Ростовского арбитражного суда и Мясниковского
районного суда и перекочевал в итоге (100% доли)
винзавод — якобы за долги Бабунидзе. И это в то
время, когда все — милиция, прокуратура, суды,
ФСБ, губернатор Чуб, сам полпред Казанцев — уже
получили жалобы и заявления избитых. Уголовное
дело по факту избиения и самоуправства было
возбуждено, потом прекращено городской
прокуратурой, потом снова возобновлено — и так
уже два года…
В конце концов жалобу
Бабунидзе принял и Страсбургский суд. Года через
два-три, глядишь, и рассмотрит — его номер в
очереди за правдой 459-й. А на заводе тем временем
продолжают хозяйничать его «новые владельцы».
Правда, уже без Вано — его подельники через три
месяца с завода выгнали, после чего он и
«раскаялся в содеянном».
Унесенные ветром
В ростовских
магазинах хорошие донские вина стоят по 60 рублей
бутылка, грузинские — 200… «Самтрест» —
единственное российское предприятие, имеющее
договор на поставки и розлив «Алазани»,
«Киндзмараули» и других прославленных вин. А еще
винзавод — это 14 тысяч квадратных метров зданий
и сооружений и три с половиной гектара земли. В
наших российских масштабах — сущие пустяки!
Но не зря говорят, что
аппетит приходит во время еды. Производственное
объединение «Электроаппарат» — это 32 гектара
земли на одном из главных городских проспектов
плюс оздоровительный комплекс на Черноморском
побережье — семь гектаров территории.
Новую команду
управленцев, сумевших добиться госзаказа, а
значит, хоть каких-то перспектив для коллектива,
неожиданно выкинули с завода. Еще неостывшее
кресло изгнанного директора «Электроаппарата»
занял человек Казанцева, сотрудник аппарата
полномочного представителя президента Путина в
Южном федеральном округе.
Но на этот раз фортуна
отвернулась от полпреда Казанцева. Чего-то
аналитики из ЮФО не учли, а скорее всего, просто
перестарались. Задели интересы не менее
влиятельных людей. Губернатор Владимир Чуб
публично на пресс-конференции выражал
недоумение событиями на «Электроаппарате». А
через две недели генерала Казанцева ушли. Вновь
назначенный полпред Яковлев первым делом уволил
федерального инспектора, ответственного за
«развитие и процветание» бизнеса, Андрея
Коровайко.
А что же наши герои, два
года воюющие с налетчиками и их «крышей» по всем
правилам юридической науки? У них появилась хотя
бы надежда — после отставки Казанцева дела пошли
заметно веселее. Похоже, что жалобы директора
винзавода лежали в «компетентных органах» в
верхнем ящике письменного стола — чтобы долго не
искать, когда власть переменится.
Анна ЛЕБЕДЕВА, наш
соб. корр., Ростов-на-Дону
15.04.2004
|
