NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

Александр КУШНЕР:
МНЕ НРАВЯТСЯ ЧУЖИЕ «МЕРСЕДЕСЫ»
Разговор с поэтом и главным редактором «Библиотеки поэта» — не только о поэзии
       
Александр КУШНЕР       21 марта — Международный день поэзии. Празднуется — посредством вечеров авангардистов и начинающих — уже пятый год.
       Похоже, в России День поэзии начали отмечать как раз тогда, когда интерес к ней резко упал (даже ежегодный альманах с аналогичным названием не издается). И все-таки, как сказал Маяковский, эта «пресволочнейшая штуковина — существует, и ни в зуб ногой!».
       Другое дело, добраться до нее, истинной, некомпетентному читателю сейчас как никогда трудно. Стоит зайти в любой большой книжный магазин — разливанное море стихотворных сборников. Каких? И откровенно графоманских. И совсем ученических, где, по Пушкину, «охота есть, да мало мозгу». И насквозь подражательных (в основном Бродскому). И натужно гоняющихся за позапрошлогодней модой ерничества. И «крутых» — а на самом деле штурмующих зады авангарда. Словом, не имеющих к поэзии никакого отношения.
       Но, к счастью, есть и другие. И тем выше и бережнее надо ценить немногих настоящих поэтов-современников.
       Один из них — несомненно, Александр Кушнер.
       Для него стихи — это и способ прочувствовать мысль, и инструмент для осознания чувства. Его спокойный и ровный голос тем не менее нельзя ограничить выдуманным когда-то критиками направлением «тихой лирики». Потому прежде всего, что говорит он этим голосом о вещах, которых «тихие» так не касались (цитирую по памяти):
       
       Снег подлетает к ночному окну,
       Вьюга дымится,
       Как мы с тобой угадали страну,
       Где нам родиться.
       
       Дымная, влажная, вьюжная вся,
       Давит на плечи,
       Но и представить другую нельзя
       Шубу полегче.
       
       Кстати, и вполне «эстрадный» успех Кушнера я видел собственными глазами на многих поэтических вечерах — громкий голос для этого необязателен.
       Но главное: вот уже сорок лет с лишним Александр Семенович оберегает честь и достоинство одной Прекрасной Дамы — Поэзии. Он пишет много, но никогда не позволяет себе пусто— или многословия, не впадает в грех простоты, которая хуже воровства, или кокетливой переусложненности. Он продолжает классическую традицию и в то же время всегда узнаваем — буквально по двум строчкам. Может быть, потому что равен самому себе. Этим и интересен.
       А последнее, самое тяжелое для русской поэзии десятилетие Кушнер занимается трудным и благородным делом — редактирует (и сам порой добывает деньги на издание) «Библиотеку поэта». Без него она вполне могла бы сгореть...
       Вообще во многом благодаря Кушнеру между Москвой и Петербургом, где он живет, все еще нет-нет да и сверкнет вольтовая дуга русской литературы.
       Извините за невольный пафос и — слово Александру Кушнеру.
       
       Олег ХЛЕБНИКОВ
       
       
Александр КУШНЕР. (Фото Александра Павловского)       — Я читаю вас всю жизнь, с 1962-го, когда вышло «Первое впечатление». Это уже больше сорока лет — дистанция огромного размера…
       — Есть поэты романтического склада, рассчитанные на короткую жизнь. Они торопятся, они реализуют свои жизненные возможности замечательно быстро — поэты байроновского, лермонтовского типа… Есть другие: Гете, Тютчев, Фет, Пастернак — поэты без лирического героя, для которых главное — поэтическая мысль, а не персонаж в стихах. Ну а поэтическая мысль — как там у Пушкина сказано? — «плывет в небесной чистоте». И, наверное, поэтому все так затягивается…
       — И себя вы относите к этой второй группе…
       — Да. Условно говоря — к типу поэтов «без биографии», которые вполне реализуются за столом, не предъявляют к жизни непомерных требований и не портят с ней отношений окончательно. Кроме того, сейчас вообще изменились переживание возраста, способ его оценки. Не поэтического возраста, а собственно человеческого. Мне 67, в молодости я думал, что такие годы — это глубокая старость. А сейчас — нет. Наверное, виновата цивилизация: человек живет дольше, и старость, сознание старости, приходит позднее.
       — Иногда говорят, что некто «родился раньше своего времени»… Или, наоборот, «опоздал родиться» — известные клише. Тынянов писал в «Смерти Вазир-Мухтара» о людях 1820-х годов, которые переместились в 1830-е и уже ничего там не понимали… А вот вы — чувствуете ли какое-то время в большей степени своим, какое-то — чужим?
       — У меня странные отношения со всеми прожитыми десятилетиями, в том числе и с последними, — я сказал об этом в стихах: «Я не любил шестидесятых, / Семидесятых, никаких, / А только ласточек, внучатых / Племянниц фетовских, стрельчатых, / И мандельштамовских, слепых…». Всегда было ощущение, что любое время для меня не слишком родное. И нынешнее — тоже, хотя, пожалуй, я предпочту его другим временам.
       Я вижу, как тяжело живут многие люди моего поколения. Мне повезло: я пишу стихи — значит, у меня есть ежедневный смысл существования; а человек, вышедший на пенсию, человек моего возраста, работавший, допустим, в каком-нибудь КБ, — каково ему? Начать с того, что он лишился общей темы для разговора, а она существовала. Были книги, не так много, как теперь, но их читали с упоением, обсуждали — Юрия Трифонова, скажем, или Юрия Домбровского. Были фильмы, которые все смотрели, хорошие фильмы — хотя бы «Жил певчий дрозд» О. Иоселиани или «20 дней без войны» А. Германа… Да и помимо искусства — уже само противостояние советской власти, пусть даже и бездейственное, хроническое, давало ощущение общности. Было о чем поговорить за столом…
       Сейчас этой коллективно проживаемой жизни нет. И живет человек бедно. Раньше он получал 120 рублей пенсии и — жил как все, почти как все. А теперь, если он получает 2000 рублей, равных прежним пятидесяти-шестидесяти, — как ему быть? И приходится удивляться способности нынешней нашей интеллигенции не придавать этому слишком большого значения. Потому что на самом деле так жить нельзя — это издевательство над человеком…
       Я говорю о людях моего поколения. Думаю, те, кто моложе, живут значительно лучше, во всяком случае в столичных городах. У меня были стихи: «Мне нравятся чужие «мерседесы», / Я, проходя, любуюсь их сверканьем, / А то, что в них сидят головорезы, / Так ведь всегда проблемы с мирозданьем / Есть. И не те, так эти неудобства. / Пожалуй, я предпочитаю эти. / А чувство неудачи и сиротства — / Пусть взрослые в него играют дети…». Так что зависти нет, я понимаю, что полного социального равенства быть не может. Но какой-то минимум должен ведь быть гарантирован.
       Прежняя российская бедность стала причиной революционной катастрофы, сегодня такая же угроза возникает снова. Я был, конечно, удручен итогами выборов в Думу, но понимаю, что наши либеральные партии, опиравшиеся на значительную часть интеллигенции, интеллигенцию эту потеряли, потому что ничего не сделали для того, чтобы люди жили лучше. Возникло разочарование — люди увидели, что ни Немцов, ни Явлинский не помогут. И, значит, на кого надежда? На Путина. Потому что он — действующая власть.
       — При Путине продолжается война, начатая уже почти десять лет назад…
       — По правде сказать, я тут не знаю выхода. Мне жаль чеченцев, мне жаль федеральные войска, не говоря уже о жертвах терактов, — ту и другую стороны. Иногда думаю: сочувствую ли я национально-освободительной борьбе? И понял, что нет…
       — Чеченской или вообще?
       — Вообще. И ирландской, и баскской, и какой угодно. Потому что ради идеи национального освобождения всегда гибнут и всегда убивают. И всегда это делается в интересах какой-то незначительной группы.
       Побойтесь Бога — умейте вовремя остановиться!
       — Когда-то, «посреди семидесятых», вы смешно написали: «Что касается пророчеств, / Так скажу, сосредоточась: / Я не знаю, что нас ждет…»
       — Меня всегда удивляло стремление писателей, актеров, режиссеров и т.д. высказаться на темы, в которых они разбираются хуже профессионалов. Откуда такая уверенность в себе и общезначимости своих дилетантских соображений? Сквозь подобного рода публичные заявления просвечивают избалованность общим вниманием и детская самовлюбленность «людей культуры». Гумилев говорил Ахматовой: «Аня, задуши меня, когда я начну пасти народы». У нас и сегодня много таких пастырей-любителей.
       Поэт отвечает за стихи, доблесть его состоит в создании прекрасных стихотворений. Что касается пророчеств, то не стоит пушкинскому «Пророку» придавать универсального значения. Ничего о курсе доллара или предстоящем теракте (дай бог, чтобы его не было) он сказать не может. Сказано было: «Товарищ, верь, взойдет она, / Звезда пленительного счастья». Какая звезда взошла в действительности, мы слишком хорошо знаем. А Тютчев, например, предрекал в своих политических стихах крушение католицизма и закат Запада. Ему мерещились объединение славянских народов и выход России на Босфор и Дарданеллы.
       — Вы все-таки развернули разговор к стихам. Не кажется ли вам, однако, что предмет этот нынче не слишком актуален?
       — Иногда мне кажется, что мы действительно подошли к обрыву: на наших глазах происходят разрушительные процессы и в литературе, и в музыке, и в живописи, и в кино… Тиражи поэтических книг упали, интерес к стихам схлынул. Причин тому много, отчасти ответственны за этот упадок и сами поэты: отказ не только от смысла в стихах, но и от знаков препинания, а заодно от ритма и рифмы — это ли не катастрофа? Только в страшном сне может присниться русская поэзия, сплошь состоящая из верлибров.
       Настоящие книги — а их всегда мало — погребены под завалами самодеятельной продукции.
       Но вот уже лет десять я являюсь главным редактором «Библиотеки поэта», и эта работа для меня — сознательное сопротивление хаосу, сопротивление, которым я, мне кажется, наравне с моими товарищами по редколлегии, издательству «Академический проект» (издатель — Игорь Немировский) могу гордиться (слово «гордиться» мне не нравится, скажу иначе: поставить себе в зачет).
       Мы впервые выпустили в «Библиотеке поэта» Мережковского, Гиппиус, Кузмина, Чуковского, Шершеневича, Набокова, Олейникова, Мариенгофа, Б. Садовского, Крученых, братьев Бурлюков, Окуджаву; сборники поэтов-футуристов, поэтов-обэриутов, «Русскую эпитафию». Некоторым поэтам пока не очень везет — задерживается выход книг Бродского, Тарковского, Слуцкого; не все составители книг укладываются в намеченные сроки…
       — Вернемся к живущим. Как вам кажется — вас сегодня читают?
       — Поэтическая речь безадресна или, как говорил Мандельштам, обращена к «провиденциальному собеседнику». Но «тень читателя», как «тень друга» в стихах Батюшкова, должна сквозить, просматриваться в углу комнаты, когда ты сидишь за письменным столом. И сейчас у меня ощущение этого незримого присутствия ничуть не слабее, чем было прежде. Время от времени кто-то звонит или пишет — незнакомые, порой совсем молодые люди.
       ...Впечатление такое, что в поэзии бывают урожайные годы, как в природе: в этом году — невероятно цветет шиповник, а затем несколько лет он отдыхает, зато много рябины…
       
       Беседовал Леонид ДУБШАН, Санкт-Петербург
    
       
Александр КУШНЕР
Но было тайное тепло
       
       * * *
       Когда страна из наших рук
       Большая выскользнула вдруг
       И разлетелась на куски,
       Рыдал державинский басок,
       И проходил наискосок
       Шрам через пушкинский висок
       И вниз, вдоль тютчевской щеки.
       
       Я понял, что произошло:
       За весь обман ее и зло,
       За слезы, капавшие в суп,
       За все, что мучило и жгло...
       Но был же заячий тулуп,
       Тулупчик, тайное тепло!
       
       Но то была моя страна,
       То был мой дом, то был мой сон,
       Возлюбленная тишина,
       Глагол времен, металла звон,
       Святая ночь и небосклон,
       И ты, в Элизиум вагон
       Летящий в злые времена,
       И в огороде бузина,
       И дядька в Киеве, и он!
       1994
       
       В ФОЙЕ
       Я пришел с портфелем и сел в фойе,
       На банкетке пристроился — и молчок:
       Сладко к струнной прислушиваться струе,
       Из-под двери текущей, как сквознячок.
       
       Но служительница, недовольна мной,
       Подлетела ко мне, как осенний лист:
       Почему я уселся здесь, как больной,
       На коленях портфель, вдруг я террорист?
       
       Пригрозила охранником сгоряча,
       Пригляделась: при галстуке я, в очках.
       Уж не нужно ли вызвать сюда врача?
       Страх и строгость светились в ее зрачках.
       
       Мир особенно грустен на склоне дня:
       Отмирает обида, сникает честь.
       Ах, напрасно боится она меня,
       Я как раз бы оставил в нем все как есть.
       
       Раньше так я не думал: «...и вечный бой!».
       Но бездельники знают и старики,
       Что все лучшее в мире само собой
       Происходит, стараниям вопреки.
       
       Даже горе оставил бы, даже зло
       Под расчисленным блеском ночных светил.
       И к чему бы вмешательство привело?
       Музыканта уж точно бы с толку сбил.
       2002
       
       * * *
       Считай, что я живу в Константинополе,
       Куда бежать с семьею Карамзин
       Хотел, когда б цензуру вдруг ухлопали
       В стране родных мерзавцев и осин.
       
       Мы так ее пинали, ненавидели,
       Была позором нашим и стыдом,
       Но вот смели — и что же мы увидели?
       Хлев, балаган, сортир, публичный дом.
       
       Топорный критик с космами патлатыми,
       Сосущий кровь поэзии упырь
       С безумными, как у гиены, взглядами
       Сует под нос свой желтый нашатырь.
       
       И нету лжи, которую б не приняли,
       И клеветы, которую б на щит
       Не вознесли. Скажи, что тебе в имени
       Моем? Оно тоскует и болит.
       
       Куда вы мчитесь, Николай Михайлович,
       Детей с женой в карету посадив?
       На юг, тайком, без слуг, в Одессу, за полночь —
       И на корабль! — взбешен, чадолюбив.
       
       Гуляют турки, и, как изваяние,
       Клубясь, стоит густой шашлычный дым...
       Там, под Айя-Софией, нам свидание
       Назначил он — и я увижусь с ним.
       2002
       
       
       * * *
       С парохода сойти современности
       Хорошо самому до того,
       Как по глупости или из ревности
       Тебя мальчики сбросят с него.
       
       Что их ждет еще, вспыльчивых мальчиков?
       Чем грозит им судьба вдалеке?
       Хорошо, говорю, с чемоданчиком
       Вниз по сходням сойти налегке.
       
       На канатах, на бочках, на ящиках
       Тени вечера чудно лежат,
       И прощальная жалость щемящая
       Подтолкнет оглянуться назад.
       
       Пароход-то огромный, трехпалубный,
       Есть на нем биллиард и буфет,
       А гудок его смутный и жалобный:
       Ни Толстого, ни Пушкина нет.
       
       Торопливые, неблагодарные?
       Пустяки это все, дребедень.
       В неземные края заполярные
       Полуздешняя тянется тень.
       2003
       
       "Новая газета" №19
       
22.03.2004
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

№ 19
22 марта 2004 г.

Мир и мы
Краткий курс демократии. Дебаты английского парламента по вопросу соблюдения прав человека в России
Власть и люди
Охранники президента Марий Эл устроили налет на деревню
Владимир Лукин — адвокат общества перед государством
Болевая точка
Мы снова — советские люмпены. С нами можно делать все, что захочется власти
Новейшая история
Создание резервации ударными темпами. Чеченцев, следующих из России, депортируют прямо с границы
Обстоятельства
Мумии в пирамиде власти
«Стародум» Станислава Рассадина
Тайная свобода равнодушных
Власть
Функционеры с партстажем дождались своего часа
Телеревизор
Телепутин. «Лишь бы день начинался и кончался тобой»
Власть и деньги
Касьянов временно недоступен
Либерализм с лицом Березовского
После выборов
В президентских выборах приняли участие больше 100% заключенных
Кто не ходит к урне, тот лишится койки
Точка зрения
Голосуем печенью. А потом это все в печенках сидит
Расследования
Бывший офицер КГБ погиб, слишком близко подойдя к разгадке тайны одной из частей химзащиты Беларуси
Нефть в обмен на наркотики и оружие. Черный интернационал
Глава «Фонда М.В.Д.» хотел стать мэром Москвы, а оказался в федеральном розыске
Ходорковский признан опаснее серийного убийцы
Армия
Почему Куроедов поставил в угол флагман Российского флота
Почему на учениях в Баренцевом море ракета отклонилась от заданной траектории
Похоже, что Россия имеет все шансы получить титул «международного старьевщика»
Офицеры обвиняются в мошенничестве
Финансы
Как живет и зарабатывает парикмахер? Все держится на волоске
Хождение по рукам. Как мы пытались открыть собственное дело
Ценники скоро изменятся. Центробанк планирует сложить все деньги в одну корзину
Заемщиками Сбербанка являются 2,5 миллиона россиян. Скоро их станет втрое больше
Подробности
Губернатор Калужской области сделал неканонический подарок Патриарху
Московский наблюдатель
Еще один левый марш…
Медицина
Академик Дмитрий Львов: Мы работаем в эпицентре смертельных эпидемий
Спорт
Лимонок полная корзина. Кто хотел взорвать гендиректора баскетбольного клуба
Люди
Кафедра безбашенных машин. Инженерная мысль бывает не только о куске хлеба
Храм для тещи. Когда он восстановил церковь, народ захотел молиться
Марина Ладынина. Улыбка на все времена
Исторический факт
Две смерти генерала Карбышева
Наши даты
18 марта в парижской клинике умерла Исса Панина
Библиотека
Александр Кушнер: Мне нравятся чужие «Мерседесы»
Книжный червь из Уймонской долины
Кинобудка
Целлулоидные и порнокопытные. Таковы в основном герои главных фильмов на фестивале «Лики любви»
Театральный бинокль
По многочисленным просьбам зрителей популярный мюзикл «Норд-Ост» будет возрожден
Скрипка и очень больно
Сектор глаза
У кремлевских стен три дня гостили звезды британского дизайна
Новости компаний
Опасные сотовые связи. Кто «заказал» «МегаФон»?
К сведению…
Ребенка выплеснули вместе с водой, но он остался жив

АРХИВ ЗА 2004 ГОД
95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 35-36 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ


<a href=http://www.rbc.ru><IMG SRC="http://pics.rbc.ru/img/grinf/getmov.gif" WIDTH=167 HEIGHT=140 BORDER=0></a>


   

2004 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100