МИРОВОЙ ТИРАНИЗМ
После взрыва в московском
метро
Про мировой
терроризм Путин говорит с прошлого века, а уж с 11
сентября 2001 года на международной арене только
про мировой терроризм и говорит. И после
«Норд-Оста», если помните, это же говорил, причем,
кажется, близко к тексту. И ни слова про Чечню —
ни тогда, ни сейчас — во время встречи с коллегой
из Азербайджана. Как будто россияне, погибшие на
Дубровке, в Тушине, Каспийске, на Манежной
площади и в московском метро, погибли из-за
какого-то абстрактного мирового терроризма, а не
на второй чеченской войне, на которую всех нас
пригласил лично он, Владимир Путин.
Как будто уже четыре года
мы не платим кровью за ту победоносную операцию и
очень кстати поднявшиеся рейтинги никому ранее
не известного спасителя Отечества. Как будто
этот взрыв не имеет отношения к четырехлетнему
вранью по двум главным телеканалам страны о
нормализации жизни в Чечне. Как будто он — не
прямое следствие того, что мы позволили властям
замылить расследование «Норд-Оста» и не дать
ответа на очевидные вопросы. Как будто
сегодняшняя кровь — не ответ нам на наше
равнодушие к чужой боли. Может, нас разбудит хотя
бы своя?
Пока что непохоже. А что
касается их, политиков, то энергию нашей боли они
умело направили на свои политические турбинки.
Как, впрочем, и всегда.
Владимир Путин заявил о
своей уверенности в том, что сегодняшний взрыв
организовал Аслан Масхадов. «Нам косвенных
подтверждений не нужно. Мы наверняка знаем, что
Масхадов и его бандиты связаны с этим террором»,
— заявил президент. При этом никаких
доказательств он не привел.
Ну да, зачем нам
доказательства? Не в Бельгии живем. Просто Путин
наверняка знает, и все. В прошлый раз через неделю
после трагедии в «Норд-Осте» в Чечне при зачистке
был обнаружен план ДК на Дубровке — как раз
неделю он там лежал, дожидался обыска. И сейчас
какой-нибудь масхадовский тайник со схемой метро
найдут обязательно. Раз президент сказал, что это
Масхадов, — глупо было бы не найти.
А может, впрочем, и не
будут искать — в знак того, что мы окончательное
быдло, и никто никаких доказательств не спросит
никогда.
Не смог упустить случая и
Дмитрий Рогозин. В прошлый опять-таки раз, под
шумок от «Норд-Оста», он свел счеты с лордом
Джаддом, теперь выступил на российской арене.
Вице-спикер Госдумы,
сопредседатель блока «Родина» Дмитрий Рогозин
заявил, что теракт в Москве — это попытка
поставить под сомнение наличие государственной
власти в России. Рогозин предложил срочно
созвать Совет Федерации и рассмотреть два
вопроса — о чрезвычайном положении в стране и
отмене выборов.
Вот выход! Чрезвычайное
положение и отмена выборов! Завинтить еще крепче.
Оппозиционные газеты, последние пару штук,
закрыть, радио приглушить, с брюнетов на улицах
брать не по стольнику, а по пятьсот. Порядок чтоб
был, короче.
Других способов бороться
с терроризмом у нас в загашнике по-прежнему не
обнаруживается. Кстати! Никто не видел г-на
Патрушева Николая Платоновича? Главу ФСБ, Героя
России, которому мы всей страной шестой год
скидываемся с наших немереных зарплат на
поддержание штанов с лампасами? Имея в виду, что
он за это обеспечит безопасность россиян? Где он,
наш любитель носить ночами сахар по рязанским
подъездам? Отчего не появляется на глаза? Есть
вопросы.
Я уж о Грызлове не
спрашиваю — со спикера какой спрос. Ладно,
вопросы это риторические. Хотя если мы, общество,
и в этот раз не вытряхнем из штанов с лампасами
хотя бы Патрушева, то надо признать, что они правы
и мы действительно быдло. А с кем же еще гарант
может позволить себе такую, например, риторику,
не боясь получить ответ?
«Россия не ведет
переговоров с террористами — она их уничтожает».
Ах, дорогой Владимир
Владимирович! Как славно звучат слова и как
неприятно выглядит кровь… Нет, уважаемый гарант,
это не Россия не ведет переговоров с
террористами (в отличие, кстати, от многих
цивилизованных стран), — это вы их не ведете. И
пока вы их не ведете, террористы уничтожают нас.
Так обстоят дела. У нас — плохо. А у вас?
Виктор ШЕНДЕРОВИЧ для
«Эха» и «Новой»
09.02.2004
|
